По кодексу чести самых бесчестных представителей этого мира — магов, равными им считались только те, кто тоже не обделен чародейским даром. А когда драконоборец узнал, что перед ним не простая девка, а вроде как почти колдунья (ведьмы, в отличие от прочих магов, обучались не в специальных школах, а исключительно «на дому», по семейным гримуарам), сообразил, что ее просто так на плечо не закинешь. Зато можно вызвать на бой. Если откажется — признает себя простолюдинкой. Проиграет — придется сдаться на милость победителя. В общем, куда ни плюнь, везде профит.

Новый акт представления «постоим за честь жены» начался с бодренького апперкота.

Умар, не будь дурак, ни за чью честь стоять не хотел, а уж лежать — тем более, потому шустро уклонился, поднырнув под летевший в него кулак. Для того чтобы кастовать полноценное заклинание, нужна была хотя бы секунда, которую дракон чародею, разумеется, и не думал давать.

Драконоборец встряхнул рукой, совершая замысловатый пасс. То ли колданул, то ли выругался, усилив обычный хук магически, и замахнулся для прямого удара.

Брок увернулся в последний момент. Кулак, чуть задев, скользнул по боку ящера.

Зато мой неожиданно объявившийся муженек медлить не стал, а, пользуясь тем, что Умар по инерции полетел вперед, поймал его кисть и дернул.

Рука драконоборца вылетела из сустава, но маг даже не вскрикнул, лишь крутанулся вокруг своей оси, подсекая противника.

Оба повалились на землю. Шею Брока обхватили колени Умара, и я увидела, как можно душить ногами. Дракон же ломал чародею вторую руку, лишая того самого главного колдовского оружия, без которого не совершить и простейшего пасса.

Грозный повелительный крик заставил замереть всех:

— Остановитесь!"

"Сквозь расступившуюся толпу шагал еще один маг в серой хламиде.

Выцветшие до безизны весеннего снега глаза, абсолютно седая борода и лысый как коленка череп впечатлили не только меня. Хотя, признаться, до этого я и не предполагала, что на затылке, как на листе пергамента, можно поместить чуть ли не целое письмо. Но убористые строчки рун, красовавшиеся на черепе мага, свидетельствовали: да, можно.

— Любые сражения до начала турнира запрещены! Нарушивших это правило ждут браслеты из аладара.

Судя по всему, у этого мага слова с делом не расходились.

Стоило ему всего лишь взмахнуть посохом, как на запястьях Брока и Умара появились оковы из странного черного металла.

— Я всего лишь вызвал этого мага на поединок, — первым нашелся Умар, смело глядя в глаза седобородого. — При всем моем уважении к вам как к главе гильдии магов… Мессир Рохар, за приглашение на честный бой лишать меня магии до окончания турнира, заковав в наручники, словно преступника…

Лысый зыркнул на Брока из-под густых и абсолютно белых бровей.