Лазарев поначалу не поверил во все эти россказни, похожие на матросские байки – не хватало ему еще сказок про Кракена и Дэви Джонса. Но когда известие обо всем произошедшем сообщил ему в частном письме старый знакомый – отставной адмирал королевского флота, Михаил Петрович призадумался. А не связано ли все это со странными делами в Петербурге? Теперь уже ему самому захотелось отправиться в столицу и встретиться с императором. Но, после того как он не воспользовался приглашением графа Бенкендорфа, самому напрашиваться на прием к царю для адмирала было как-то не очень прилично…

Одним словом, он стал ждать новое приглашение, которое пришло в Севастополь дней десять назад. Причем на этот раз оно было подписано самим государем и больше походило на приказ – немедленно прибыть в Петербург для того, чтобы предстать пред самодержцем.

На этот раз Лазарев не стал колебаться, а в тот же день отправился в путь. От Севастополя до Петербурга на курьерских можно было добраться за пять дней, но адмирал решил не спешить. Лишние день-два для него погоды не сделают, а дополнительное время может пригодиться для того, чтобы обдумать предстоящий доклад императору.

Скорее всего, речь пойдет о боевых действиях, которые Черноморский флот вел совместно с русской армией против немирных горцев. Закрепление России на Кавказе вызывало дикую злобу у британских и турецких политиков. Особенно непримирима была Англия, которая стремилась превратить Кавказ с его природными богатствами и важным стратегическим положением в свою колонию. На протяжении многих лет она поддерживала Турцию и Персию в их борьбе против России. Британские и турецкие агенты разжигали на Кавказе джихад против «неверных». Горцы под предводительством имама Шамиля совершали набеги на казачьи станицы, военные укрепления и аулы горцев, которые отказывались воевать против русских.

Чтобы разрушить коварные планы англичан и турок и пресечь их попытки помочь Шамилю с моря, Черноморский флот по приказу Лазарева блокировал Кавказское побережье. Для боевых действий адмирал выделил отряд, а позднее – целую эскадру кораблей Черноморского флота, в числе которых было шесть вооруженных пароходов. В 1838 году Лазарев лично выбрал место для базирования этой эскадры в Цемесской бухте, у устья реки Цемес[5].

Корабли Черноморского флота содействовали сухопутным войскам в занятии многих пунктов Черноморского побережья. В 1838 году русский десант был высажен в районе Туапсе.

В этом году на побережье между Анапой и Сухум-Кале русские имели уже двенадцать укреплений, построенных на территориях, занятых при содействии кораблей Черноморского флота. Укрепления эти подвергались частым набегам отрядов немирных горцев.