–  Может быть, все-таки дашь прочитать манифест?

– Нет, Коля, не дам! Что написала, то написала! Господь водил моей рукой!

– А что ты им будешь говорить, продумала?

– Нет! Что придет на душу, то и скажу!

– Но ты понимаешь, что тебе нужно привести их в шоковое состояние? – не отставал Ни– колай.

– Понимаю, – вздохнула Маша и, взглянув на него, попросила: – Коленька, не мучай меня, пожалуйста!

Дальше ехали молча. После завтрака опять началась какая-то суета. Появилась Шанина с платьем, пошли ахи и охи. Потом дамы занялись Машиной прической, а Николай пошел обсуждать с Деллинсгаузеном вопросы безопасности. Имея на руках план театра, распределили людей по местам, где кому надлежало быть и что делать.

В начале третьего приехал Волков. Он был хорош, просто необыкновенно хорош в парадной форме Сибирского казачьего войска! Темно-зеленый мундир, эполеты, белый ремень, белые перчатки, орден Святого Георгия IV степени на груди, аккуратно подстриженная бородка и щегольски закрученные усы – войсковой старшина был неотразим! Дамы ахнули, а Маруся стала пунцовой от гордости за отца.

«Что-то наград у него мало, – подумал Николай, как и все, с удовольствием оглядывая Волкова. – Ордена Святой Анны и Станислава как минимум должны быть. Или он их специально не надел, отдав предпочтение Георгию? А вот и Аннинский темляк на шашке, знаменитая „клюква“. Мать честная, да ведь шашка-то золотая! Так вот оно какое, золотое Георгиевское оружие с надписью „За храбрость“! Выше для русского офицера и быть ничего не может! Хорош, чудо как хорош, красавец! Усы, шпоры? А где шпоры? А, ну да, у казаков шпор нет, у них нагайка».

Из-за спины Волкова бросал нежные взгляды на Марусю молодой хорунжий, тоже в парадной форме, видимо, адъютант.

Двери в комнату великой княжны распахнулись, и она вошла, нет, вплыла в гостиную. Наступила тишина. В этом платье ее видели только дамы и Николай, остальные мужчины удостоились счастья лицезреть ее впервые.

– Ваше императорское вел… высочество! – Волков смущенно кашлянул.

«А оговорка-то по Фрейду, – подумал Николай. – Впрочем, ни для кого из присутствующих уже не секрет, что через пару часов высочество станет величеством. Ох, мама родная!»

– Здравствуйте, Вячеслав Иванович! – Великая княжна протянула казаку руку для поцелуя и вопросительно посмотрела на его спутника, смотревшего на нее с совершенно обалдевшим видом.

– Позвольте представить, это мой адъютант, хорунжий Эйхельбергер Александр Александрович, честный и преданный нашему делу офицер.

– И мой жених, – пискнула Маруся.

– Вот как? – Великая княжна удивленно приподняла брови, глядя на смутившегося офицера. – Жених? Но Маруся еще так молода.

– Я тоже так считаю, – кивнул Волков.

– Впрочем, поговорим об этом позже.