Кажется, он схлопочет сердечный приступ. Второй раз за неделю. А в этот раз его не ждет команда медиков с противоядием наготове.

Черт, кажется, он паранойит!

Люся вышла из гостевой спальни, зевая и хмурясь.

- Емельяна попросила взломать твою квартиру. Она там. А я спать. До весны не будить!

Люся, так же хмурясь и зевая, скрылась в спальне. А Данил понял, что выдыхает.

Вот ведь псих! Самый натуральный!

Преодолеть лестничный пролет, открыть дверь теперь уже свой квартиры – на все ушло несколько минут. И здесь, как и этажом ниже, было тихо. Однако в этот раз Данил четко распознал тонкий аромат сирени.

Он, словно невидимой дорожкой, тянулся от входной двери, через коридор, и растворялся в глубине его спальни.

Провернув ключ в замке, Данил сбросил обувь. Кажется, в первый раз в жизни, Арканов не стал заморачиваться на тему чистоты. Сбросил куртку, водолазку на пол прямо в коридоре. На пороге спальни он появился в одних камуфляжных брюках с кучей карманов на них.

Жалюзи на окнах были опущены. Штор не было, и приглушенный утренний свет пробивался между створок жалюзи, наполняя пространство причудливыми тенями и погружая в сказку.

Емельяна лежала в постели, укрываясь пледом. Хрупкая девушка, свернувшаяся комочком, словно котенок. Она даже не проснулась, когда Данил осторожно присел на край кровати. Он сидел и смотрел, как она спит. Молился, чтобы она проснулась, и в то же время, мысленно уговаривал ее поспать, отдохнуть.

Спустя, кажется, вечность, Арканов все же встал. Быстро приняв душ, молодой человек вернулся в спальню.

Емельяна уже вытянулась на постели. Теперь из комочка-котенка она превратилась в соблазнительную кошку.

Арканов понял, что уйти, даже в соседнюю спальню, не сможет.

Слишком велик был соблазн. А посему, прилег рядом. Он даже не собирался укрываться пледом, чтобы лишний раз не испытывать предел своей выдержки. Но Емельяна убаюкивала его своим дыханием, дарила надежду своим присутствием в его квартире, постели, в его жизни. И он понял, что обречен сдаться и подчиниться ей. Что и сделал с превеликим удовольствием.

62"

"Емельяна боялась открывать глаза. Ей снился сон, что она все еще находится в бункере Конюхова. И она боялась убедиться, что это вовсе не сон. Боялась наяву увидеть колючий и похотливый взгляд мужчины.

Но она никогда не была трусихой. И поэтому заставила себя открыть глаза.

Честно признаться, интерьер спальни, как и цвет стен, потолка, мебель – ей не понравились. Безвкусно и слишком вычурно.

Кажется, у Арканова совсем отсутствует вкус. Емельяна сделала мысленную пометку, что непременно скажет ему об этом. Как только тот проснется и вынет свою ладонь из ее белья.

Емельяна поняла, что не собирается двигаться. С каждой секундой ее сердце билось все чаще, а дыхание становилось тяжелее.