Я знала: он встал в такую рань не потому, что ему приперло в туалет, а потому, что хотел проводить меня в первый день новой жизни.

Было 6:15 утра.

Как и в Томмен-колледже, занятия в БМШ начинались в 9:05, но мне надо было поймать автобус — и единственный, идущий мимо нас, отправлялся в 6:45.

Это был первый автобус, отходивший из Баллилагина, и лишь на нем я могла вовремя попасть в школу. Мама по утрам почти всегда работала, а отец наотрез отказался меня возить.

Вчера вечером я еще раз попросила его меня подбросить, на что он ответил: если я перестану выделываться и вернусь в Баллилагинскую муниципальную школу, где учатся Джоуи и все ребята с нашей улицы, меня никуда не придется подбрасывать.

— Я чертовски горжусь тобой, Шан, — признался Джоуи, голос которого звенел от эмоций. — Ты даже не знаешь, какая ты смелая. — Он пару раз кашлянул и добавил: — Подожди, я сейчас. — Брат метнулся к себе и меньше чем через минуту вернулся. — Вот, — буркнул он, всунув мне в ладонь две купюры по пять евро.

— Джоуи, не надо! — Я категорически не желала брать у него деньги: они доставались брату нелегко. Начать с того, что на автозаправке платили мало, да и в семье деньгами не сорили, поэтому взять у Джоуи десять евро для меня было немыслимо. — Я не могу.

— Шаннон, бери. Это всего-навсего червонец, — с серьезным видом заявил он. — Знаю, бабуля дала тебе на автобус, но у тебя в кармане должно быть хоть что-то еще. Без понятия, что за дела в этом месте, но не хочу, чтоб ты там оказалась совсем без гроша.

Чувства сдавили горло. Я проглотила комок и спросила:

— Ты уверен?

Джоуи кивнул и притянул меня к себе, чтобы обнять.

— У тебя все будет офигенно, — шепнул он мне на ухо и сжал так крепко, что я не поняла: он старается меня убедить или утешить. — Если кто-то хотя бы попробует на тебя наехать, пиши мне, я приеду и сожгу эту гребаную школу дотла со всеми сраными выпендрежными тупоголовыми регбистами.

Эта мысль меня отрезвила.

— Все будет нормально, — сказала я, добавив голосу твердости, поскольку мне требовалось поверить в произносимые слова. — Но если я сейчас же не выйду из дома, то опоздаю, а мне в первый день совсем этого не надо.

Обняв брата на прощание еще раз, я надела пальто, закинула на плечи школьный рюкзак и пошла к лестнице.

— Напиши мне, — крикнул Джоуи, когда я уже одолела половину ступенек. — Я серьезно. Одно дерьмовое слово хоть от кого — и им придется иметь дело со мной.

— Я справлюсь, Джоуи, — прошептала я и быстро оглянулась на брата, который стоял, прислонившись к перилам, и с нескрываемой тревогой смотрел на меня. — Я смогу.

— Знаю, что сможешь, — тихо, с болью в голосе произнес он. — Я просто… Я тут, рядом. Слышишь? — спросил он, тяжело выдохнув. — Я всегда рядом с тобой.