Ему всегда было наплевать, как одеты женщины, которых он приглашает на свидание. На самом деле наряды большинства из них были намного откровеннее нынешнего наряда Санни. Ему в голову не приходило потребовать у них переодеться в более закрытую одежду.

А сегодня он изо всех сил торопил время, чтобы поскорее уйти из ресторана, в котором на Санни пялились все мужчины. Стефано так привык получать именно то, чего хочет, от противоположного пола, что недоступность Санни провоцировала в нем загадочные реакции. Мало того, что она не пытается привлечь его внимание, так она еще активно ему противится.

– Мне не понравилось, когда вы намекнули мне, что я выгляжу как… проститутка. – Ее голос был едва слышен, а лицо стало пунцовым.

Стефано густо покраснел, потому что едва мог изображать благочестие, точно зная, о чем она говорит. Хотя она неверно истолковала подтекст в его словах.

– Я подумал, что вам, возможно, не понравится внимание, которое привлечет ваш наряд, – сказал он.

– Я не надела ничего из того, что не носят девушки моего возраста.

– Но не у многих из них такая сногсшибательная фигура, как у вас, – заметил Стефано.

Санни моргнула, а потом, когда до нее дошел весь смысл его слов, она затрепетала. Потому что его слова, произнесенные хриплым тоном, пробудили к жизни все неуместные мечты, которые она лелеяла в отношении Стефано.

Стефано наблюдал, как она напряглась, а затем расправила узкие плечи. Она избегала его взгляда.

Ее губы были поджаты, выражение лица стало сдержанным. Она сидела на краешке стула, словно хотела вскочить с места в любой момент."

"– Простите, если вас обидел мой комментарий о вашей одежде, – грубовато произнес он. – И вы абсолютно правы, конечно. Вы надели то, что носит любая другая девушка вашего возраста. На самом деле я знаю некоторых женщин, которые в два раза старше вас, но надевают в два раза меньше одежды, чем у вас.

Санни немного расслабилась. Она уставилась на бокал вина, словно впервые его увидела, а потом сделала глоток.

Теперь ей казалось, что она переусердствовала с претензией к Стефано. Он задел ее за живое. Но теперь ее поразила другая мысль.

Сделал ли он это замечание спонтанно, решив, что Санни не впишется в толпу посетителей шикарного ресторана? Подумал ли он, что она будет как заноза в заднице среди представителей высшего класса, разодетых в кардиганы и жемчуг? Говоря о том, как ее наряд привлечет ненужное внимание, он, вероятно, подразумевал, что ему будет неловко появляться на людях с такой как она.

Санни накрыло новой волной неуверенности.

– Я так отреагировала потому, что…

– Почему же?

– Моя мать одевалась вызывающе, – выпалила Санни и мысленно упрекнула себя за несдержанность. Она теряла самоконтроль всякий раз, когда Стефано оказывался рядом с ней.