– Невольно признав свое поражение, позвал ее он.

Оливия поспешно повиновалась, встав прямо перед ним.

Окинув ее довольно бесстрастным взглядом, Рикардо кивком указал на надетую на ней одежду.

– Сними блейзер, блузку и бюстгальтер. Мне нужно увидеть, в какой части груди у тебя возникло уплотнение.

Беззастенчиво сняв с себя указанные вещи, Хант самодовольно усмехнулась, заметив, как взгляд Рикардо профессионально заскользил по ее обнаженной груди.

Заметив ее плотоядную улыбку, темноволосый мужчина сдержанно покачал головой, сурово поджав губы.

– Приподними правую руку, согни ее в локте и убери за голову, я должен как следует прощупать уплотненный участок. – Холодно проронил он, все ещё не спеша прикасаться к своей пациентке.

– Может, мне лучше лечь? – Участливо предложила Хант.

– Может, ещё заодно и раздвинешь для меня ноги? – Полунасмешливо поддел Моретти.

– Если только ты попросишь это сделать своим особым голосом. – Бесстыдно усмехнулась женщина. – Ты же знаешь, как я неравнодушна к твоей грубости.

Тотчас посмотрев ей в лицо, Рикардо без тени насмешки в своем голосе сухо напомнил:"

"– Мне казалось, что пару минут назад ты умоляла меня совсем о другом.

– Ладно-ладно! – Закатив глаза, пробубнила неугомонная пациентка. – Кстати, в чем дело? Я подняла руку, а ты до сих пор так и не начал осмотр. Шишка здесь, в правой верхней части.

Заметив тихий вздох своего доктора, Оливия непонимающе хмыкнула.

– Ну же, дорогой, это же всего лишь грудь. Грудь, которую сделал ты. Грудь, на которую ты когда-то любил смотреть. Трогать… – С тихим смешком поддела она. – Или это так сильно не понравится твоей тайной пассии, роль которой я сегодня целый день играла на публику? Скажи: кто она? Я видела ее сегодня на корабле? Честно говоря, я не заметила никого, кто бы был в твоем вкусе…

Резко принявшись «за работу», Моретти крепко сжал челюсти. Вся эта чрезмерная болтовня Хант уже порядком начала надоедать. К тому же, он ужасно хотел, как можно скорее закончить этот вечер, чтобы вновь вернуться в страстные объятия своей дикой кошечки. А уж то, что Микелина сейчас была дикой – он не сомневался. Достаточно было мимолетно взглянуть на нее во время сегодняшней вечеринки. Хорошо, что взгляд не мог убивать. Иначе, всего лишь за один день его можно было бы похоронить уже сотню тысяч раз.

Подумав о буйном темпераменте зеленоглазой дьяволицы, Рикардо невольно улыбнулся.

Он обязательно усмирит свою непокорную львицу, вновь сделав из нее ручного котенка, который, извиваясь под ним, будет мурлыкать ему на ухо свои сладкие песенки…

Внезапно в дверь громко постучали.