– Рик, мне хотят сделать дыру в груди, а ты говоришь, что я ещё должна кого-то там благодарить?! Ты представляешь, что это значит? Это будет шрам! Мерзкий, уродливый шрам, подаренный мне на тридцатилетие!

Широкоплечий мужчина молчаливо улыбнулся. Вот теперь он узнавал истинную Оливию Хант во всем своем великолепии.

Отдышавшись после своей буйной тирады, Оливия кое-как взяла себя в руки, решив пересесть с кресла на диван. Возможно, в непосредственной близости до Рикардо быстрее дойдет вся сложность случившейся ситуации.

– Ты сделал мне идеальную грудь. Многие до сих пор гадают: настоящая она или нет? Но как бы там ни было, ею восхищаются. И я не хочу, чтобы ее уродовал какой-то криворукий хирург-новичок.

Сделав глубокий вдох, Рикардо скрестил руки на груди.

Кажется, он наконец-то начинал понимать, к чему именно она клонит.

– Что ты хочешь конкретно от меня? – Прямо спросил он.

Поспешно встав на ноги, Оливия взяла с комода свою дамскую сумочку, быстро достав из нее какой-то небольшой буклет.

– Я хочу, чтобы ты вспомнил вот это. – Бросив цветную брошюру на свободное место дивана, требовательно произнесла она.

Безмолвно посмотрев на рекламный проспект, с изображением своей частной хирургической клиники в Майами, Моретти недоверчиво покачал головой.

– Я хочу, чтобы ты вырезал эту хрень из меня без видимых шрамов! – Меж тем бойко продолжала Хант. – Я доверяю только твоим «золотым» рукам. Рик, у тебя талант. Настоящий талант… А ты променял его на какие-то там документики и прочие занудные разговоры."

"Напряженно ожидая ответа, Оливия начала раздраженно ходить взад-вперед, словно не могла больше стоять на одном месте.

Взяв буклет, Рикардо безмолвно покрутил его в руках, с легкой грустью вспоминая былые годы пластического хирурга. Даже тогда, находясь в ссоре с отцом, он знал, что своей клиникой обязан лишь вкладу Туллио Моретти, который, не смотря на упорство сына, все же помог ему с открытием его собственного дела.

Отец… Он всегда будет обязан ему очень многим…

– Прошу, Рик, – вновь послышался почти умоляющий голос Оливии, – сделай это для меня!

Подняв к ней свое лицо, задумчивый мужчина шумно вздохнул.

– Я не практиковал уже несколько лет, Оливия. Тебе лучше обратиться к кому-то другому.

Брюнетка пораженно остановилась.

– Ты мне отказываешь?!

Положив буклет обратно, Моретти попытался объяснить ей причину своего решения более досконально.

– Я желаю тебе лишь лучшего. – Искренне признал он. – Пойми же: опытный пластический хирург сейчас это сделает намного лучше меня. Я бросил клинику. Ушёл в другое дело. Мои руки уже не такие точные, как раньше.

Глаза Оливии тотчас наполнились слезами. Приложив ладонь к своим подрагивающим губам, она обессилено присела на прежнее место.