Его седеющие чёрные волосы торчали во все стороны. На лице была четырёхдневная щетина, и хотя белки его глаз были настолько воспалёнными, что были практически полностью красными, в остальном его глаза были в точности похожи на глаза Микаэлы. Когда он с трудом опустился на стул, почти не заметив его, Джесси поняла, что он до сих пор пьян.

Она подошла, села напротив него и сняла трубку со стены. Он просто смотрел на неё, и Джесси жестом попросила его сделать то же самое. Мужчина смутился, однако сделал так, как она велела.

- Мистер Пенн, - сказала она, когда он поднёс трубку к своему уху, - меня зовут Джесси Хант.

Я - консультант полиции Лос-Анджелеса. Надеюсь, Вы сможете ответить мне на несколько вопросов.

- О Микаэле? – спросил он.

- Почему Вы так подумали? – удивлённо спросила Джесси.

- Потому что мне никто ничего не говорит. Всем попросту плевать.

- Что Вы имеете в виду? – настаивала она, совершенно сбитая с толку.

- Я уже несколько часов пытаюсь выяснить, что произошло с моим ребёнком, но кроме того первого копа, мне больше никто ничего не говорит.

- Какого копа?

- Не помню, как его звали, - пробормотал Пенн.

– Констант или что-то вроде того. Он позвонил мне вчера и сказал, что мою дочь убили во время ограбления и что сегодня мне отдадут её тело. Я подумал, что кто-то прикалывается надо мной, и бросил трубку. Но он позвонил снова и сказал, что это не шутка.

- Он прямо так Вам и сказал? – в ужасе спросила Джесси.

- Ага, - сухо и отрывисто сказал он. – Он сказал, что они её опознали, что мне нужно приехать в участок и кто-то отвезёт меня в морг. И я выехал. Но когда я сюда приехал, меня загребли и бросили в тюрьму.

- Загребли?

Он глубоко вздохнул, как будто то, что он собирался рассказать, доставляло ему физические неудобства.

- Ага, - наконец произнёс он. – Видите ли, я очень расстроился. Я живу в горах, и по дороге сюда сделал остановку, чтобы пропустить стаканчик и немного снять напряжение. Ну, знаете, помянуть её.

- Так для чего именно? - спросила Джесси, зная, что ей не стоит пытаться уличить его во лжи, но уже не в силах остановиться. – Чтобы снять напряжение, или чтобы помянуть дочь?

Пенн бросил на неё непонимающий взгляд, будучи ещё недостаточно трезвым, чтобы обидеться.

- И то, и то. В любом случае, за одним стаканчиком последовал ещё один и, похоже, я слегка потерял контроль. Когда я вышел оттуда, то направился прямиком в Ван-Найс. Там-то меня и загребли. Я объяснил, почему приехал сюда. Но я не смог вспомнить фамилию копа, который мне позвонил, хотя им в любом случае не было до этого никакого дела. Они просто схватили меня и посадили за решётку. Вы первый человек, с которым я говорю с тех пор."

"- Мистер Пенн, я просто хочу убедиться, что правильно Вас понимаю.