Потому велел водителю припарковаться у ближайшего цветочного бутика.

И вот здесь Марсель столкнулся с проблемой. Когда он покупал цветы девушке? Да никогда! Он такого точно не припомнил, даже в школе не приходилось кадрить девок на такой дешевый фокус. Да они и не требовали всех этих соплей. А Марс и сам не стремился к прекрасным поступкам. Секс сам по себе прекрасен, и портить удовольствие пижонскими приемчиками Марсель не привык.

А здесь Тарновский призадумался, выбирая подходящий букет. В итоге просто махнул рукой на то, что стояло в вазах. Из бутика парень выходил с кривой улыбкой и огромной корзиной алых роз. Вполне в духе Мира.

Марсель не стал выходить из машины, когда водитель припарковал лимузин перед обычной пятиэтажкой в одном из центральных районов города. Обычный двор с детской площадкой и лавками у подъездов. Марс не особо рассматривал обстановку, интересно было наблюдать за тем, как металлическая дверь раскрылась и на крыльцо вышла она.

Марс и сам не понял, как уставился на хрупкую фигурку в черном с блестками платье. Точеные плечи окутывала прозрачная тряпка. Она больше будила в воображении яркие картинки, нежели скрывала нежную кожу.

Бретелек или рукавов на платье не было. А Марса уже понесло в мыслях. Он помнил на вкус эту молочную кожу. И не только он. Член тоже заявил о своих воспоминаниях и требованиях.

Марс, не шевелясь, следил за тем, как девчонка приближается к лимузину.

Парень спохватился, что нужно было бы открыть для нее дверь. Мир ведь поступил бы именно так?

Но выйти Тарновский не успел. Водитель уже ждал, галантно кивнув и помогая девушке занять место на кожаном диване.

В первую очередь, Марс видел, девочка заметила корзину с розами. Да, не заметить такую бандуру было бы сложно. Она стояла прямо в центре, на полу салона, между двумя диванами.

Марс видел, как Жасмин широко и радостно улыбнулась. Перевела взгляд на него.

Он прикинул, что есть примерно секунд десять до того момента, как она поймет о подмене братьев.

Но Жасмин молчала, смотрела на него, все так же открыто улыбалась. А Марс решил, что раз уж сейчас он играет роль ее парня, то и целовать он ее может. Брат ведь просил.

А потому Тарновский протянул руку ладонью вверх, дождался, когда девчонка вложит свою ладонь в его пальцы и осторожно потянул.

Марс, будучи самим собой, моментально впечатал бы юное девичье тело в свое, содрал бы прозрачную тряпку, стянул бы платье до самого пояса и как следует поздоровался бы не только с девчонкой, но с ее сосками.

Но сейчас он исполнял роль Мирослава — хорошего и понимающего парня. Идеального и любимого всеми.

Только поэтому Марсель медленно, но необратимо, тянул девушку на себя, усадил ее на свои колени и обнял аккуратно. Свободной рукой приподнял ее подбородок.