И делить ее, пусть даже с близнецом, Марсель отказывался.

Дверь с негромким щелчком закрылась. Мирослав, вздохнув, скрестил руки на груди и присел на край стола.

Марс так и застыл у окна.

Что говорить? Оно все само собой получилось. Закрутилось. Завертелось. Вся жизнь изменилась за пару недель так, что он и сам удивлялся. Но в итоге... По итогам Марсель был счастлив.

Мирослав смотрел на близнеца твердым, нечитаемым взглядом. Будто прятал эмоции от Марса. Что, в принципе, было весьма сложно. Ведь братья чувствовали друг друга. Возможно, потому и втрескались в одну и ту же женщину.

Просто Марсель взял ее штурмом. Или судьба так распорядилась. Словом, повезло. Или нет?

Мир вздохнул, взъерошил волосы рукой, оттолкнулся от стола и подошел к отцовскому бару.

— Будешь? — спросил брат, не оборачиваясь.

— Давай, — усмехнулся Марсель.

Походу, мордобоя не случится. Это даже к лучшему, малышка не будет волноваться. Обещал же ей. А с другой стороны, Марс никогда не бегал от драки.

Когда наполненные стаканы опустели, Мирослав горько усмехнулся

— Я видел вас утром. На паркинге. Приехал к тебе, думал поздравить, — проговорил вдруг Мирослав.

— И еще видел ленту новостей. Ты и Жасмин в опере. Не знал бы наверняка, решил бы, что точно сам присутствовал на премьере. И, знаешь, что подумал? Решил, показалось. Ну не может ведь брат увести у меня девушку из-под самого носа. На фотках вы выглядели парой.

— Послушай, брат, — сипло начал Марсель, но под тяжелым взглядом близнеца негромко выругался. — Прости!

— Она не похожа на твоих девушек, Марс, — Мирослав наполнил по второй порции и передал бокал брату. — Не такая, как все.

— Она просто охренительная, — выдохнул Марсель прежде, чем сделать большой глоток терпкой, обжигающей жидкости.

— И совсем иначе смотрит на тебя, — хмыкнул Мирослав, сел на диван и принялся вертеть в руках полупустой стакан. — Не так, как на меня. По-другому. Марсель молчал. А что говорить, если и без слов понятно?

— Значит, мой баламут-брат реально жениться собрался? — вдруг усмехнулся Мирослав.

— И все у вас серьезно. Давно?

— Со дня рождения Жас, — ответил Марсель. — Наверное, даже раньше. Меня на ней пипец как клинит. С первого дня, как увидел, и не отпускает. Пожалуй, только хуже становится.

Или лучше? Плевать! Но, млять, я не хочу ничего менять. С ней хочу. Она рядом, и, как хренов супермен, все могу, все по плечу.

— Я заметил, — кивнул Мирослав. — Вот только помнится, как она сказала, что замуж за тебя не хочет.

— Дело поправимое, брат, — скривился Марсель. — Шмотки мы перевезли. Со временем согласится.

— Все настолько серьезно? И шанса у меня нет? — прищурился Мирослав.

— Туг уж прости, брат, — Марс развел руками. — Но ты сам виноват. Три месяца держался за ручку с такой девчонкой.