Не мог бы ты…

– Септембер? Что… – Вспотевшее и бледное лицо Марио выглянуло между жалюзи. – Боже мой! Ты поранился?

Дверь распахнулась. Операционная так сияла, что у Сепа заболели глаза, и он отвернулся, невольно демонстрируя глубокий порез на голове и пятна рвоты на футболке.

– Тебе больно! Боже, Сеп, заходи. Я сейчас…

– Нет, – сказал Сеп, снимая руку Марио с плеча, – дело не во мне. Я… мы…

– Мы? – переспросил Марио.

Долгий скорбный вопль оленя расколол небо.

Марио проскочил мимо Сепа, подошёл к фургону и кивнул остальным ребятам.

– Привет, Марио, – поздоровался Аркл.

Влияние ящика, казалось, попритихло. Глаза Аркла были стеклянными и широкими, но он по-прежнему прижимал к груди Розмари.

– Мы должны затащить его внутрь, – сказал Марио, не обращая внимания на Аркла, и положил руку на вздымающийся бок оленя. – Я принесу тележку. Откройте кузов – и будьте осторожны; он тяжело ранен.

– Марио, – окликнул Сеп, беря ветеринара за руку. – Извини, я не знал, что ещё делать.

– Всё в порядке, – ответил тот и вытер лицо футболкой, на мгновение обнажив свой большой живот. – Животное ранено – и, конечно, ты принесёшь его мне.

– Нет, я не про то… я сказал, что болен…

– О, Сеп, всё в порядке, – заверил Марио и, понизив голос, схватил Сепа за руку. – У тебя есть друзья, с которыми можно встретиться, – это хорошо. Но плохо, что они садятся за руль без прав: всегда будь осторожен. Ты мой самый дорогой друг.

Он взъерошил волосы Сепа и исчез в кабинете. А когда снова появился, олень уже начал соскальзывать с грузовика. Марио подбежал, грохоча тележкой по камню, и помог Маку стянуть оленя на нержавеющую сталь. Вонь туши разлилась вокруг.

"

"Жестом показав остальным, что он их догонит, Сеп пошёл за Марио внутрь. Лэмб вопросительно подняла руки, а Хэдли прикусила губу, ухватившись за шерсть Ланди.

Но Марио оттолкнул Сепа прочь, уперев ладонь ему в грудь.

– Нет, – твёрдо произнёс ветеринар.

– Что случилось? – спросил Сеп, заметив швы на руке Марио.

– Ничего особенного, – легкомысленно отмахнулся тот. – Собака.

– Очередная собака? – слабо улыбнулся Сеп.

Марио растянул губы в ответ, но улыбка вышла натянутой и болезненной.

– А теперь живо в больницу, – приказал он.

Тёмная маленькая фигурка незаметно выскользнула в открытое окно на крыше позади ветеринара – её светящиеся глаза уставились на Сепа.

– Но…

– Быстро! Посмотри на своё лицо!

Сеп отступил, пряча прилипшие к ране почерневшие мокрые джинсы. Бесконечная боль в ноге уменьшилась до острой пульсации. Глухое ухо посылало в зуб уже знакомые вспышки боли, и Сеп огляделся, ожидая, что Барнаби выскочит из темноты на свет уличных фонарей.

Он посмотрел на небо – на мчащуюся мимо Земли комету, скрытую густым облаком.