В прежние годы я иногда ездила к родичам, ну а потом связь прервалась. Может, порасспрашивать этого Леху поподробнее, а то я никак не соображу, с какой стороны мы родственники? И там…

Конец фразы я не услышал: из коридора донеслось настойчивое звяканье.

– Ваня, – моментально забыла о своем многоюродном братце хозяйка, – иди скорей к двери, это клиент.

На этот раз в прихожую вошли две женщины, явно мать и дочь, потому что похожи они были чрезвычайно. Обе голубоглазые блондинки, хрупкие, маленького роста, одетые в джинсы и коротенькие красные курточки.

– Мы договорились о встрече с Элеонорой, – воскликнула та, что постарше.

– Если пришли раньше, то можем подождать на лестнице, – нервно воскликнула молодая.

– Проходите, пожалуйста, – улыбнулся я, – не надо снимать туфли.

– Как же так! – возмутилась мать. – По чистым полам в грязной обуви! Только мужчина способен на подобное предложение! Лялечка, помоги.

Дочь присела и ловко развязала ей шнурки.

– Готово, мамуся.

Я терпеливо ждал, пока дамы приведут себя в порядок: процесс занял не одну минуту. Сначала Ляля и ее мать сняли красные курточки, под которыми оказались идентичные белые кофточки, затем из сумочек появились расчески, пудреницы, губные помады. Став после всех манипуляций еще более похожими, женщины прошли в кабинет, сели в кресла и хором сказали:

– Вас нам порекомендовала Алиса Брыкова, знаете ее?

– Конечно, – кивнула Нора, – в свое время я помогла Алисе. Давайте по порядку: как вас зовут?

– Ляля, – сказала молодая.

– Зоя, – тут же сообщила мать.

– Мое имя вы знаете, – улыбнулась Нора, – а это Иван Павлович Подушкин, без него я никуда, помощник, секретарь, детектив – единый во многих лицах.

– Очень приятно, – хором ответили дамы.

Я поклонился:

– Мне тоже.

– На этом светскую часть церемонии можно считать закрытой, – сказала Нора. – Давайте приступим к делу. Что случилось?

– Недавно умер Игорь, – хором проскандировали дамы и разом вытащили из пузатых ридикюлей носовые платки. – Ушел совсем молодым, в расцвете сил…

– Будет лучше, – перебила «хоровое пение» Нора, – если вы станете говорить по очереди. Одна сообщит суть дела, вторая дополнит.

Дамы переглянулись.

– Лучше ты, мама, – пробормотала Лялечка.

– Нет, доченька, Игорек был твой муж, значит, тебе первой слово, – попыталась уйти в кусты Зоя.

– Я не очень-то способна излагать события, – вздохнула Ляля. – Сама знаешь, нет дара особого.

– Доченька, никогда не оговаривай себя, ты изумительная рассказчица, – возмутилась Зоя.

– Но Игорь всегда говорил: «Ляля, лучше помолчи».

Зоя заломила руки:

– Игорь иногда был бестактен. Мужчина, что с него взять!

– Мама! Он был замечательный, – бросилась на защиту покойного супруга Ляля.

– Не спорю, но не всегда ласковый.