— Но как я мог остаться дома, если сказал, что приеду к тебе?

— После того, как я с ней поговорила, меня трясло как в лихорадке.

— Дуреха, ну когда ты начнешь мне верить? Почему ты веришь всем кому попало, а не мне?

— Потому, что хочу, чтобы ты был мой и больше ничей.

— Я и так твой.

— Я хочу, чтобы ты был по-настояшему мой.

— Ань, ну потерпи немного, и я буду по-настоящему твой.

— Сколько?

— Ну ты же знаешь, что я уже начал бракоразводный процесс. Ань, ты не сказала мне, где ты была ночью.

— Нет, сказала. Я ездила по делам.

— По каким делам?

— Накопилось слишком много неотложных дел.

— Ты говорила, что встречалась с мужчиной.

— Я говорила, что должна встретиться с деловым партнером. Так вот, я с ним встретилась, а затем отправилась решать другие дела.

Макс так пристально посмотрел мне в глаза, словно попытался в них прочитать правду, наверное, то, что я недоговариваю.

— Вчера вечером звонил твой рекламный агент.

— И что сказал?"

"— Он сказал, что ты наплевала на работу, не приезжаешь на киностудию, не интересуешься новыми интересными проектами. А еще поведал, что вчера на студию явились двое неизвестных крутых и очень подробно о тебе расспрашивали.

Я побледнела и опустила глаза.

— И что же они хотели знать?

— Где ты живешь, где тусуешься, часто ли ездишь на дачу? А я и не знал, что ты любишь экзотику.

— Какую еще экзотику?

— Заброшенную дачу твоего рекламного агента — чистой воды экзотика.

— Да я и не думала, что тебе это будет интересно.

— Анна, мне интересно все, что касается тебя. Я хочу знать, что с тобой происходит. Я хочу знать все, что ты от меня скрываешь.

— Хорошо, Макс, я все расскажу. Ты отвезешь дочку в садик, вернешься, и мы поговорим.

— У меня еще есть важные дела. Я освобожусь только вечером.

— Ну вот и хорошо, — тихонько всхлипнула я. — Вот и хорошо. Ты сегодня вечером у кого ночуешь, у меня или у нее?

— Конечно, у тебя. Я больше не живу дома, как ты не можешь это понять?

— А ты приедешь с дочкой?

— Нет. Я могу ее брать раз в неделю, а остальное время она должна быть у матери.

— Значит, ты ночуешь у меня один?

— Один.

— Вот и хорошо. Нам будет о чем поговорить.

— Тебе угрожает опасность?

— Нет… а может быть, да. Просто в последнее время на меня столько всего навалилось…

— Давай ты поедешь вместе со мной.

— Нет, в собственном доме мне опасность не угрожает. Ты только, пожалуйста, постарайся освободиться пораньше, мне очень многое нужно тебе рассказать.

— Конечно, конечно…

— Тетя, ты плачешь?

Я повернулась и увидела рядом прелестную маленькую девочку с сияющими глазами и длинными пушистыми ресницами.

— Нет. В глаз что-то попало.

Взяв девочку за руку, я повела ее в гостиную и посадила к себе на колени.