Меньше, чем за полчаса собрала нужные вещи, зная, что вернусь сюда нескоро. Академку оформлю потом, а пока к маме.

— О! Ты уже тут! Ну как все прошло, Танюш, — хватает меня за руку Ира.

— Нормально.

— Честно?

— Честно. Он оказался не таким плохим, каким показался с самого начала. Ириш, я сейчас сразу на вокзал. Мне тетка эта деньги дала и не обманула.

— Ну слава Богу. Подожди, я вот как раз сняла, — Ира достает из сумочки конверт и подает его мне. — Тут сто тысяч, только не надо спрашивать откуда я их взяла. Не украла, не бойся. Как станешь личным психолог знаменитостей-вернешь."

"— Спасибо. Я верну.

— Ага. Ладно, давай на вокзал тебя что ли провожу.

— Давай.

Глава 29

Как только я убираю руку, Паша тут же хватает мою ладонь и сам прикладывает к своей щеке.

— Можно еще?

Да уж, для болеющего мужчины у него слишком сильная хватка. А может он притворяется? Нет, быть такого не может. Хотя какая разница, если мне самой приятно его гладить. Но если призадуматься и включить логику, это все совершенно не правильно.

— Тань, а все же, зачем тогда был такой маскарад? — открывая глаза, произносит Паша.

— Какой?

— Наряд твой ведьмовский.

— Спи, — пытаюсь встать, но Меркулов и не думает опускать мою ладонь. — Ну что опять?

— А знаешь, несмотря на полный провал в начале нашей поездки, мне она нравится. Я так давно не проводил время, в этом есть какая-то романтика.

— Понятно. Ты бредишь, Паша. Это плохой признак, наверное, температура очень высокая.

— Тань, ну хватит. Чего ты такая бяка?

— Чего ж ты эту бяку тогда не можешь отпустить?

— Могу, но не хочу.

— Спи, а я пойду и приготовлю тебе что-нибудь.

— Нет, ничего хочу, — словно ребенок капризничает Паша. — Ляг со мной на вонючку и полежи, а?

— Паша…

— Вот, мне нравится, как ты это произносишь. С какой-то другой интонацией, не то, что твой доставучий «Павел». Тань…

— Что?

— У меня болит спина.

— Хочешь я тебя ударю и одна боль пересилит другую. Ты тогда точно забудешь о спине.

— Ну с таким подходом ясно почему ты до сих пор в девках ходишь.

— И это мне говорит тридцативосьмилетний холостяк по имени Паша. Все, спи.

Вырываю свою ладонь и встаю с дивана. Не оборачиваясь, выхожу из комнаты и иду на улицу. Смотрю на едва колышущиеся деревья и хочется выть. Ну вот что мне теперь делать? Присаживаюсь на крыльцо и ко мне подбегает Тима.

— Ну как так? Почему твой хозяин не гад? Тебе он тоже нравится, да? — Тима кладет мне морду на колени и начинает их лизать. Да уж, у собак все проще. — Он ведь не простит меня, да, Тима? Да, он хороший, но не настолько….

* * *

Через несколько дней ухаживаний за болеющим Пашей, я поняла две простые вещи: я однозначно дура и, по ходу дела, я влюбилась в этого нытика. А болеющий Паша самый что ни на есть нытик. Абсурд какой-то.