— Охрана еле отогнала журналистов, Арслан, — вспоминаю слова тетки и сжимаю керамические края ванны. Хочу, чтобы Зарина оставалась в неведении. Что бы ни произошло, она пока знает лишь то, что ее вместе с сестрой привезли кататься на лошадях в загородное имение.

— Как ты собираешься объяснить появление второго ребенка? Что это за женщина? Ты хочешь, чтобы я с ней сидела за одним столом! Ты меня оскорбляешь, племянник! Ты оскорбляешь свой дом, свою жену, своих родителей, весь свой род! Аллах да поможет тебе прозреть и увидеть, что ты творишь!

Слова тетки не переставая звучали в голове, она долбила ими мозг с того самого момента, как мы прибыли.

Мешала наблюдать за Оксаной и девочками, которые быстро нашли общий язык и дружно пили чай. Но они могут общаться вдали от общества, я не буду мешать сестрам поддерживать связь.

Но не хочу, чтобы на них ложилась черная метка.

— Как Зарина это переживет? Как она выйдет замуж? Кто возьмет в жены девушку, замешанную в таком скандале? — охала тетка, нападая как коршун.

И если всего лишь одна тетка Касима способна травмировать моего ребенка, то что говорить о целом мире? Оксане не понять, она растила дочь в каком-то захолустье, где никому нет дела до одной маленькой девочки.

Зарина же — наследница династии, которая в будущем возглавит империю. Ведь сыновей у меня нет и не предвидится. Ей не нужны скандалы, грязные сплетни, нападки, унижения в школе и университете.

Она слабая. Она не переживет.

В отличие от нее, Альбина с легкостью примет любой сценарий. Моя вторая дочь не останется без содержания, я обеспечу ей достойную жизнь, заплачу любую цену, лишь бы они с Оксаной уехали подобру-поздорову.

Я непоследователен, признаю.

Это не делает мне чести. В бизнесе за подобное меня бы осудили — и были бы правы. Но в жизни действуют другие правила. Мои дети — это не бизнес-проект. Забрав в тот роковой день дочь из лагеря, я и не предполагал, что мать девочки окажется такой сильной и требовательной, такой непробиваемой, с железной волей и характером. Испытал даже некую долю разочарования, что она перестала бороться и сдалась. Но тут же заставил себя радоваться — завтра отвезу их с Альбиной домой. Нет, надо найти им новый дом. Иначе муж будет вмешиваться в их жизнь, а я этого не допущу!

Вода практически остыла, и я добавляю горячей, позволяя себе отвлечься на созерцание струи воды.

Она сильная, мощная, но это я перекрываю кран и мешаю воде свободно литься.

Снова прикрываю глаза. Должна же горячая ванна подействовать, в конце концов! Когда уже отпустит это дикое напряжение?

В тишине четко слышится шум открываемой двери. Резко приподнимаюсь, глядя на Оксану, уверенно входящую в помещение. Она решительно, как солдат на плацу, марширует ко мне, одетая в халат Диляры.