"

"Схватив Софью за руку, она втащила ее за собой в помещение, при этом что-то громко и сердито говоря на арабском.

Фархад гневно сверкнул очами в сторону женщин, посмевших прервать его беседу с дорогим гостем. Лейла продолжала что-то громко говорить, указывая рукой на Соню.

Шейх повернулся к ней.

- Моя жена говорит, что ты украла у нее дорогое украшение, чтобы подкупить стражников и бежать, - в тихом голосе явно слышалась неприкрытая угроза.

Ружинский с интересом наблюдал за разыгравшейся семейной сценой. Когда еще выпадет шанс увидеть такое. Даже в его присутствии Фархад, никогда не терял самообладания, но сейчас он был в ярости, на грани срыва.

- Ты знаешь, какое наказание ждет вора? – спросил он, подходя к ней.

- Какое? – неожиданно спросил Казимир.

- Смерть! – ответил Фархад, - Ее забьют до смерти камнями.

Пан Ружинский вздрогнул, услышав ответ. Ему стало жаль девушку, которая молча стояла перед ними, не отрицая и не признавая своей вины. Он не мог судить о ее внешности, так как ее лицо по восточным обычаям, было скрыто от посторонних глаз.

- Проси помилования, - прошипела ей на ухо Лейла, и сильно толкнула ее в спину, ухватив при этом край чадры.

Соня упала на колени, перед мужчинами, чадра слетела с нее и Казимир потрясенно замер, не в силах отвести взгляда от лица девушки, которое так внезапно открылось ему.

- Смилуйтесь, - прошептала она побелевшими губами, - глядя в глаза Фархада.

- Мирослава?! Господи боже! Мирослава, - не веря своим глазам, произнес польский пан.

Шейх недоуменно обернулся к своему другу, который от испытанного потрясения медленно опустился на раскиданные по всей комнате роскошные шелковые подушки.

Софья посмотрела более внимательно на мужчину, который так странно назвал ее чужим именем. Синие глаза девушки встретились с такими де синими глазами пана Ружинского.

- Я не совсем понимаю, что происходит здесь, - раздраженно заметил Фархад.

Ружинский тряхнул головой, пытаясь отогнать возникшее видение, но девушка никуда не исчезла. Конечно, она не могла быть его пропавшей более двадцати лет назад сестрой, но как же она была похожа на нее.

- Моя сестра Мирослава пропала очень давно. Мы так и не нашли ее. А она, - махнул он рукой в сторону Софьи, - так на нее похожа.

- Как тебя зовут? - обратился к ней Ружинский.

- Софья Алексеевна Воронцова, - ответила девушка, затаив дыхание.

- Какое отношение ты имеешь к светлейшему князю? – задал второй вопрос пан.

Фархад не вмешивался, он о чем-то напряженно думал, вспоминая рассказ Софьи, о том, как она оказалась в крепостных.

- Я жена его светлости, - ответила Соня.

- Но как же вышло так, что ты оказалась здесь? – недоумевал Ружинский.

- Сколько лет было твоей матери, когда она умерла? – спросил Фархад.