– Вот и мама вернулась, – сообщает Владимир моей дочери. Она у него сладко лежала на руках.

Я мою руки и тут же забираю Миру, принявшись целовать ее в щеки. Дети пахли молоком и счастьем, теперь я это знала.

– Как твое здоровье? – спрашивает Владимир.

– Мне лучше, спасибо. Ты уже уезжаешь на работу?

Азацкий кивает и ставит чайник. Сейчас он заварит себе кофе и уедет на работу, он очень выручал меня, когда в обед приезжал посидеть с Мирой, пока я на терапии."

"Словом. Владимир очень спасал меня. Я не представляла, что было бы с нами пока у Данияра шли судебные разбирательства. Тем более, что Назар оставался живым.

– По Назару что-то известно?

Мой голос чуть дрогнул.

Он жив. Выжил. Это невозможно, но сукин сын выжил. После всего, что он заставил нас с Мирой пройти…

– У него все по-прежнему, ареал его обитания – это комната два на два, по которой он перемещается на коляске. Это на всю жизнь, Настя.

– Ты взял на себя грех, сделав из него такого… – вздохнула я.

– Такого жалкого? – закончил Владимир за меня. – Я защищал дочь и внучку, – отрезал Владимир, глотая кофе большими глотками.

Встретив взгляд Азацкого, в груди разливается приятное тепло. Я дождалась, пока Мира уснет, чтобы приготовить еду на вечер.

– От старого Багрова защитил. Скоро молодой выйдет на свободу, от него буду защищать.

– Мы говорили с терапевтом, – поделилась я. – Она спросила, люблю ли я его.

– Что ты ответила?

Я пожала плечами и отвернулась, доставая из холодильника ингредиенты для приготовления ужина. Жилье в Петербурге у Владимира было скромное, две спальни и гостиная, но очень просторные. Скромным он назвал его сам и еще он очень звал в Москву, но я пока не двигалась с места.

– Планируя Миру, любила. Сейчас пытаюсь жить без него.

– В Москве будет житься лучше.

Я тяжело вздыхаю, но все же поворачиваюсь к Владимиру.

Он собирается на работу. Допив кофе, направляется в ванную чистить зубы. Я направляюсь следом, собираясь с мыслями.

– Мне нужно закончить здесь обследования, – сказала я ему в спину. – Тогда можем поехать.

– Действительно? – уточняет Владимир.

– Да. Терапию с Надеждой будем поддерживать дистанционно.

– Отлично.

Через несколько десятков минут Владимир уезжает на работу. Здесь у него был филиал небольшого ресторанного бизнеса. Оказалось, что по молодости Азацкий выучился на повара, а к тридцати осмелился открыть бизнес, который до сих пор приносит копеечку.

Только я была далеко не наивной и понимала, что повара не совершают такие дела, какие он провернул с Назаром. За ресторанным бизнесом крылось что-то еще, о чем мне знать было не велено.

Когда Владимир возвращается домой, ужин уже готов, а я делаю домашнее задание по терапии.