Член во мне твердеет, но мне и самой хочется, и я ерзаю, трусь ягодицами о пах Тимура, и чувствую, как он снова возбужденно дышит. Теперь мы двигаемся вместе в одном ритме, в таком же ритме кружат по клитору его пальцы, его язык на моем соске и его палец у меня во рту."

"Мы стонем вместе, мы сейчас не трахаемся, а занимаемся любовью, потому что Тимур снова завладевает мои ртом. Эти ритмичные поцелуи дарят мне не меньшее наслаждение, я начинаю метаться на нем, двигаться быстрее, он обхватывает меня сильными руками, и я тону в своих ощущениях.

Оргазм наступает волнами — один раз, второй, третий.

Я сокращаюсь, выгибаюсь, обнимая Тимура за шею, зову его по имени и по судорогам, сотрясающим его тело, понимаю, что Тим тоже кончил. Мы это сделали вместе.

Он бессвязно шепчет мне в волосы, даже шепот у него хриплый. Я целую его в подбородок, а потом тянусь выше.

— Мне так больше нравится, Тим…

Он смотрит удивленно, а потом до него доходит смысл сказанного.

— Я зверь, да? — гладит меня по щеке, и я трусь о его ладонь.

Обманывать не хочется, я и так завралась.

— Да, — целую грудь и прижимаюсь к его руке, — да…

Глава 15

Мы с Тимуром едем за город.

Он называет это дачей, а у меня назвать дачей дом в закрытом поселке, куда простым смертным можно ходить только на работу, просто не поворачивается язык.

Сотников с нами не едет, отправляет целую машину охраны. А мы с Тимуром в его «бэхе» — Тим сказал, едем за город, значит, надо взять внедорожник. Как будто мы по оврагам туда едем. Тут такая дорога к поселку, закачаешься — ровная и гладкая как зеркало. Тимур говорил, там депутаты какие-то живут или министры, вот и сделали для них дорогу.

— Давай заедем в супермаркет, возьмем вина и по мелочи.

В поселке есть ресторан, еду будем заказывать там, — Тим проговаривает слова лениво, он и сидит такой расслабленный, руль держит одно рукой, вторая свободно лежит на колене.

И мне вдруг ужасно хочется, чтобы он взял меня за руку, как в кино, и мы так ехали по дороге. Я продвигаю руку по сиденью к нему и жалею, что нам не попадается какая-нибудь яма. Тогда бы машина подпрыгнула, я схватила бы Тимура за руку, и…

— Ника, я спросил.

— Что?

Тим резко уходит вправо, и я вижу собаку, метнувшуюся с дороги на обочину. Меня бросает влево несмотря на то, что я пристегнута, и я хватаюсь за локоть Тимура.

Он выравнивает машину и поворачивается:

— Чего ты испугалась? Там псина под колеса лезла, жалко стало.

— Я не испугалась, Тимур, я просто…

Не договариваю, но и руку не убираю. Он тогда снимает правую ладонь с руля и ловит мою руку. Так как я хотела. Я сразу переплетаю пальцы, чтобы он не отнял ее и даже зажмуриваюсь от радости. Все-таки я везучая! Как я хочу, так и получается, пускай не сразу, пускай…

— Идем, Ника, — зовет Тим, и я открываю глаза.