Впрочем, многие жестокие диктаторы рыдали над мелодрамами и другой сентиментальностью. Болонок, может, тоже держали. Это не мешало им отправлять на смерть тысячи людей.

– Как ее зовут? – спросил я у Самора, разбиравшегося с бумагами.

Именно «ее», ведь запах собачки подсказал, что это самочка. Крошечная сучка.

– Ее зовут Криппи. Подходящая кличка для болонки, не так ли?

Услышав свое имя, болоночка поглядела на Эрми и звонко гавкнула."

"– Ты же маленький песик, Криппи, – улыбнулся я ласково и почесал ей за ухом. Как-то в тот момент и не хотелось притворяться суровым волчарой.

Места в самолете у нас были в первом классе. Болонка сидела в переноске, Эрми Самор тут же элегантно развалился в кресле и, видимо, собирался проспать всю дорогу. Это у меня не было сна ни в одном глазу.

Подумал, что следует вытащить Криппи из переноски, вроде бы можно, на руках ей явно будет лучше. К тому же мне нравилось ощущать ее маленькое тельце.

И тут среди входящих в самолет пассажиров второго класса появилась пожилая дама в шляпе. Эта фурия еще только вошла, а уже принялась ругаться, как неудобно все устроено, словно ей должны были предоставить как минимум номер люкс.

Буквально за полминуты она умудрилась достать бортпроводницу так, что та уже не знала, какую вежливую форму посыла выбрать.

Шкодливая мысль прокралась мне в голову. Почему бы немного не подшутить над старым камердинером? Тем более что его нервы явно куда устойчивее к любым воздействиям, чем у других пассажиров.

Я предложил старой стерве поменяться местами. Мол, мне все равно где лететь, а ее условия первого класса порадуют больше. Дама, конечно, согласилась, не преминув заметить, что все же не перевелись рыцари и в наше время.

Я хмыкнул, посоветовал удивленному Эрми Самору вытащить болонку из переноски и ушел во второй класс.

Так я оказался где-то в заднем отсеке самолета. Немного сожалел, что маленькая Криппи осталась с Самором. Но все же с ним ей будет спокойнее, его она лучше знает.

Надо же, как это крохотное создание моментально умудрилось пробраться мне в сердце. Нужно признаться, пока я держал ее на руках, даже Тина почти не вспоминалась. Давно привычная тоска по хозяйке и волнение о том, что с ней происходит, отступили, внутри словно что-то разгладилось.

Место возле меня оставалось пустым почти до самого взлета. Даже странно для такого переполненного самолета. Меня это полностью устраивало. Если никто не придет, я смогу сесть наискосок и вытянуть свои длинные ноги. Долгие поездки без пространства для ног – извечная проблема высоких людей. Арсен тоже жаловался на это.

Но когда все уже пристегивали ремни, к месту возле меня неожиданно подбежала маленькая блондинка с пушистыми волосами до плеч.