Я знала, в каком пансионе учится мисс Кросби, и примерно понимала, сколько стоит в нем каждый курс. Такая сумма пробивала серьезную брешь в нашем бюджете, а ведь Лотте еще потребуются и новые платья, и обувь, и деньги на карманные расходы.

Наверно, придется отложить открытие травяной лавки еще на некоторое время. Но обсуждать финансовые вопросы с Шарлоттой я не собиралась. У нас уже были покупатели на первых жеребят-тяжеловозов, и я могла позволить падчерице поступить так, как ей хотелось.

Мэйбл известила нас о своем визите за день, и весь этот день Лотта провела в хозяйственных хлопотах. Она никогда прежде не интересовалась обеденным меню и стрижкой кустарников на подъездной аллее. Сейчас же она потребовала, чтобы горничные до блеска натерли старинные канделябры в гостиной, миссис Томпсон достала новую льняную скатерть, а кухарка испекла не обычный пирог, а глазированные пирожные, которые однажды она, Лотта, пробовала в кондитерской в Литоне.

Подобная суета мне казалась излишней. Шарлотта дружила с Мэйбл столько лет, что вряд ли та обидится на нас за то, что за столом будет лишь одна перемена блюд, а вместо пирожных мы подадим вкусный и сытный клубничный пирог.

После завтрака Лотта надела свое лучшее платье и села в гостиной у окна, из которого была видна литонская дорога.

Мисс Кросби приехала аккурат к обеду — заметно повзрослевшая и очень хорошенькая в бордовом платье какого-то совершенно нового покроя."

"Лотта выбежала встречать подругу на крыльцо, и прежде, чем пройти в дом, они не меньше получаса гуляли по саду, делясь своими секретами. Я ничуть не обиделась на них за это — я понимала, что им о многом нужно было поговорить.

И судя по тому, как ярко после прогулки горели щеки у обеих, Мэйбл рассказала Шарлотте что-то не предназначенное для чужих ушей.

Но к основной теме мы подошли только за столом.

— А здорово было бы, Мэйбл, если бы по осени мы поехали в пансион вместе? — выдохнула Лотта между супом и жареным карпом. — Как было бы славно столько месяцев находиться рядом. Я полагаю, что учеба пошла бы мне на пользу.

Мисс Кросби посмотрела на нее с удивлением.

— Конечно, пошла бы, — признала она. — Но только учиться тебе там будет тяжело. Нам много задают, и все учителя ужасно строги. Да-да, я знаю, что ты прилежно занимаешься дома и в некоторых науках наверняка не менее сведуща, чем мы. Но разве ты изучаешь музыку или живопись, или историю других стран, не Эрландии? Ну, то-то же.

Я видела, что Шарлотта несколько растерялась от такого ответа. Но всё же она нашла в себе силы возразить:

— Но если ты этим летом позанимаешься со мной, то, уверена, я смогу подготовиться. И ты же знаешь — я немного музицирую.