Притом, настолько увлечена, что даже не сразу меня замечает. Подхожу ближе и взгляд цепляется за довольно интересную картину, которая разворачивается в саду за окном. Скарлетт стоит на ветке, забравшись почти на самую верхушку старой черешни, и собирает ягоды в бумажный кулёк. И как только залезла в платье? А Корина, сжав руки на груди, с восторгом и ужасом одновременно следит за своей подругой. Виттория, услышав моё приближение и проследив за моим взглядом, тоже обращает внимание на девочек, и потрясённо выдыхает. А потом подрывается с места, чтобы бежать в сад.

— Великая Праматерь, она ведь может упасть оттуда.

Надо сказать, чтобы немедленно слезла. Тьен, беги немедленно спасай.

— Смотри, Рия. — останавливаю сестру, положив руку на плечо. — Её не надо спасать. По крайней мере, не от дерева.

Указываю на девчонку, а та уже действительно довольно ловко спускается сама, прижимая к груди кулёк, который с нижней ветки передаёт Корине, а затем, повиснув на руках, прыгает на землю. Даже вздумай я бежать на помощь, успел бы лишь к моменту, как они с моей племянницей чинно садятся на лавочку и принимаются трескать за обе щеки спелую черешню.

На это дерево и я в детстве любил лазить. А на верхушке ягода самая вкусная.

— И чему ты улыбаешься? — возмущённо ворчит сестра. — Она ведь девочка, это опасно.

— Перестань. Она выжила на улице, это намного опасней нашего сада. — хмыкаю я.

Рия тут же вздыхает тяжело, но возразить ей нечего. Садится обратно в своё кресло, но книгу уже не трогает. Смотрит на меня со странным выражением.

— Дан возвращается через три дня. Мы с Кори уедем послезавтра. Ты уже решил, как быть со Скарлетт?

Она, как всегда, умеет спросить о главном.

Сажусь напротив, беру с тарелки, на столе между нами, яблоко и начинаю его крутить в руках. Дурная детская привычка.

— Нет. Вот как раз пришёл с тобой советоваться.

— Вот как? Неожиданно. Мой самый умный на свете брат просит совета? Эту дату надо запомнить. — смеётся Виттория.

— Умному человеку совета не зазорно просить, тем более у старшей мудрой сестры. — не остаюсь я в долгу, иронично улыбаясь.

— Кто ты, льстец, и куда дел моего Тьена? — наигранно пугается она, но тут же принимает серьёзный вид. — Так о чём ты хотел посоветоваться?

— Сегодня был суд над опекунами Скарлетт.

Их признали виновными.

Она вскидывает брови и веселье полностью покидает её взгляд. Смотрит на меня пару, секунд, размышляя.

— Ты будешь ей это говорить?

— Да. Думаю, она должна знать, что смерть её бабушки и то, как с ней самой поступили, не осталось безнаказанным. Да и я обещал ей, что позабочусь, чтобы им воздалось.

— Ну если обещал… — тянет Рия. — По правде сказать, ты меня очень удивил, когда решил принять столь активное участие в судьбе этой девочки.