Тушка от ястреба, морда от мыши с остальными вытекающими: ночной образ жизни и эхолокация, за счет которой они не подпускали к себе никого на расстояние ближе двухсот метров.

Это если не атаковали сами. Но вариант ловли на живца, Нолан посоветовал не рассматривать. Если уж ворастребы выбрали кого-то своей целью, то атаковать она будет уже со скоростью, превышающей пикирующего ястреба. Что-то около ста метров в секунду. Конечно, не быстрее пули, но если кинутся толпой, то шансы отбиться минимальны. Обычных путников спасало только то, что ворастребы предпочитали охотиться на мелкую дичь и на людей бросались, только если их разозлить.

Я спросил, будет ли считаться выстрел в одного из них такой попыткой, на что Нолан предложил мне увеличить дистанцию стрельбы на запасные сто метров. Ему нужен был хотя бы один геном, за который он был готов заплатить две тысячи кредитов. Можно было и попробовать.

Во-вторых, я рассказал ему о своих попытках химичить с геномами. Оказалось, что колесо я не изобрел. Тема популярная, но в силу дороговизны материалов изучена довольно слабо. Нашлась и книжка на эту тему, которую я тут же купил за двести аркоинов.

Маленькая, тоненькая, по оформлению, напоминавшая старые Наставления по стрелковому делу. Собственно, так и называлась: «Наставление по альтернативным использованиям эссенций».

— А с чего лучше начать юному химику? — спросил я, быстро пролистав брошюру. — А то у меня всего один сахарок саламандры.

— Саламандру лучше мне продай, — ответил Нолан. — Я найду ему лучшее применение. Одним таким сахарком можно месяц целый дом отапливать.

— А взамен есть что?

— Можно что-нибудь из термитов посмотреть или жужелиц, — задумался Нолан. — Слышал про жуков-бомбардиров?

Я кивнул, возможно, перестаравшись с напускной серьезностью.

— Видимо, не слышал… — Чёрч издал свой фирменный вздох зануды. — На Аркадии они, мягко скажем, подросли, по сравнению с землей. В общем, ты когда их встретишь, не подходи к ним сзади. Спереди, пожалуй, тоже лучше не подходи. Вообще, лучше к ним не подходи. У меня есть штук пять, могу обменять на саламандру. В наставлении есть нужный рецепт.

— Идет, а что насчет термитов?

— К ним тоже лучше не подходи, — проворчал Нолан, забрал сахарок и принес в ответ маленький пузырек, в котором гремело пять кристаллов с красными крапинками.

В зале появилась Хобс с рюкзаком, переброшенным через одно плечо. Раненая была еще замотана бинтами, но опухоль уже спала. Небольшая бледность на лице и темные круги под глазами — единственное, что отличало ее от той Хобс, с которой я познакомился.

Что нельзя было сказать о минивэне, который подогнали к входу. Починили его довольно радикально. Все, что было смято, просто срезали, превратив минивэн в кабриолет.