– Сумасшедший! Но ты мой любимый сумасшедший! И разве я не знала, что с тобой не может быть, как у всех? Может, за это я тебя и люблю?

– Твой, Никкка. Весь твой! Со всеми потрохами! Ты что там? Опять плачешь? Ну прости. Мы все сейчас переиграем! Поедем в ресторан и будет тебе твоя романтика! Или на колесо обозрения хочешь?

– Никуда не хочу. Хочу домой. С тобой!

– Хочу тебя. Дико хочу, Никкккка! Если бы ты знала, как соскучился! Как мне башню без тебя рвало! Но даже поцеловать не могу! Потому что иначе наша брачная ночь начнется прямо в машине!

Мы доезжаем до его дома в мгновение ока!

И вот теперь Арман подхватывает меня на руки.

Несет к дому, не отрывая своих губ от моих.

Он целует так долго. Так тягуче томительно и сладко, что я сама почти не выдерживаю.

Внизу живота все сходит с ума. Сжимается сладкими спазмами.

Но он будто смакует. Это наслаждение. Эту пытку. Доводит до самой грани, а когда я почти готова наброситься на него, остужает, останавливает напор.

– Пусть сама роспись у нас не совсем удалась, зато брачная ночь будет самой настояшей, – хрипит мне в губы, занося в спальню.

– И начнется она прямо сейчас!

53 Глава 53

Сама не замечаю, как мы оба остаемся без одежды.

Жар наших тел просто нестерпим!

Но Арман не торопится, хотя я и вижу, как сдерживает дикое желание.

Покрывает меня поцелуями с ног до головы.

Такими сладкими. Такими тягучими!

Растворяющими все мои сомнения и всю мою боль от разлуки!

– Люблю, – выдыхает мне прямо в раскаленную от поцелуев кожу.

– Как же я тебя люблю , Никкккка!

– И я…

Только и могу повторять, упиваясь тем, какая его кожа на вкус.

Скользя по ней языком и губами.

Каждым ударом сердца отзываясь на каждый его хриплый вдох.

– Люблю тебя, Арман! Так люблю!

Не могу больше выдержать.

Внизу живота все уже давно скрутилось в такой натянутый узел, что сил нет терпеть!

Арман ласкает меня в самом сокровенном месте.

Водит кругами по клитору , чуть прижимая подушечками пальцев. Размазывает влагу по всем набухшим складочкам.

И я уже хриплю. Почти рычу, впиваясь ногятми в его плечи.

Голова сама мечется из стороны в сторону по подушке.

Обхватываю его огромный толстый член.

Чувствую, как пульсирует на нем, до предела напряженном, каждая венка.

– Не могу больше! Арман! Мне так нужно! Так нужно тебя внутри!

И он был прав! Тысячу раз прав!

Наше запредельное сексуальное влечение это вовсе не похоть!

Это дикая, до ломки потребность сливаться в одно! Снова и снова! И эта пустота, которую я сейчас ощущаю между ног отголосок той пустоты, что была в сердце без него!

– Возьми меня! Войди! Я хочу слиться с тобой в одно! В одно целое!

Но он не спешит."

"Устраивается между моих ног, упираясь прямо в лоно жадно дергающимся членом. Раздвигает рывком мои бедра на максимум.

А сам нависает.

Обхватывает ладонью лицо.