Ну ладно, не декоративным нисколько, но эстетического удовольствия это не умаляет. При этом реагирует на каждое касание и выдох — мама дорогая! Тут уже вроде и не хочешь, потому как и так только что, считай, выше крыши было, а все равно от искушения хапнуть этой его «вкусной» реакции не удержишься. Сдерживаться и так не мое, а когда его всего встряхивать стало и штормить от легчайшей стимуляции, то и меня пробрало до печенок. И это при том, что подобные игры я только в порно и видела. Много чести было для кого-то таким образом упражняться. Мне реально казалось, что гризли вот-вот взбесится. Он же явно не из тех, кто пробует всякие изыски в постели просто от пресыщенности или от нехер делать, как парниши из моего обычного окружения. Такие, что уже в двадцать пять скулят, что им что-то эдакое подавай, ибо так на*блись, что ничего простое и не вставляет. Нет, гризли — мужик, даже мужичара, такие все по-простому делают. Без выкрутасов, но качественно и основательно. И пока вон без осечек. Взялся трахнуть — так будь готова потом ходить враскорячку и то и дело давить дурацкую улыбку. Вот есть у моего медведины неоспоримые положительные качества, особенно как раз в горизонтальном положении. Хотя при его силище и легкости на подъем поза значения особого не имеет. И да, думать о том, что было бы, продолжи я ту игру, будет теперь не только он.

Хрустнула ветка позади меня, и я вздрогнула, осознавая, что так и стою, пялясь на тропинку, по которой ускакал озадаченный мною Яр. Медленно повернулась, проводя языком между губами и припоминая, как ощущалась кожа его ягодиц в щедрой россыпи порожденных мною мурашек. Да так и примерзла к месту, пораженная страхом, как молнией. К продолжавшему с аппетитом жрать мой улов кошаку медленно, но неуклонно приближался медведь. На этот раз самый что ни на есть настоящий. В бурой шкуре, что выглядела до противного неряшливо: местами плотные грязные колтуны, а кое-где чуть не долыса облез. Короче, статус главного тут четвероногого уродца он отбирал у рыбного ворюги уверенно."

"Вот и что мне делать? Бежать и орать? А вдруг это только спровоцирует лесного пришельца? Вроде как слыхала где-то, что паника и бегство для хищников равносильны знаменитому «кушать подано».

Побегу, а эта хрень плешивая нападет на меня. Или на кота. Хрен с ним с котом. В конце концов, ему что, нюх и страх отшибло? Страшилка же эта от него метрах в пяти стоит, а от меня гораздо дальше, но при этом жуткое амбре я прекрасно чую.

— Пс-с-! — прошипела я. — Как тебя там… Шрек! Вали оттуда!

О, ну супер, теперь долбаный зверюга сосредоточился на мне. Встал на задние лапы, свесив перед собой передние с когтями сантиметров пятнадцать. Ох*еть! Да он повыше моего медведины будет в таком положении. И уж точно опаснее.