ТАМ БЫЛ ИНОРОДНЫЙ ОРГАН! Длинный, торчащий вверх и, я готова поклясться, вздрогнувший от моего прикосновения.

– Мамочка! – завопила я низким мужским голосом. – Мамуля-я-я…

Дверь в комнату распахнулась, одновременно с этим соседка по палате повернулась ко мне. Несколько мгновений я озадаченно на нее пялилась, а потом облегченно выдохнула и улыбнулась.

Все встало на свои места: это просто сон. Иначе и быть не может.

Только во сне я могла раздвоиться и стать обладательницей той штуки, что теперь обвисла между ног, не подавая больше признаков жизни.

– Проснулись, голубчики? – проворковал высокий лохматый мужчина в белом халате. – Ну, как вы себя чувствуете?

– А вы как думаете? – спросила вторая я, рассматривая себя в зеркало. В следующий миг она, никого не стесняясь, схватила себя за груди и несколько раз сильно их сжала, задумчиво приговаривая: – Третий или все-таки второй?

– Второй с половиной, – машинально поправила я и тут же ойкнула: моя новая деталь вновь принялась расти в размере. – Простите, господин лекарь, – обратилась к лохматому, накидывая побольше одеяла на ноги, чтобы скрыть свой жуткий дефект, – вы не подскажете, когда этот сон закончится?

Мужчина как-то сконфуженно улыбнулся и проговорил очень серьезным тоном:

– Боюсь, что все происходит на самом деле, адептка Райденберг.

Понимаете, вы с офицером Ройсом попали в не самую приятную ситуацию. Как бы помягче выразиться… – Он пару секунд подумал и, видимо, так и не подобрав нужных слов, сказал чистосердечно: – Вы в полном…

– У меня ее тело, – понятливо кивнула вторая я, обличительно тыкая пальцем в мою сторону, – а она в моем, насколько понимаю.

– Именно, – лекарь облегченно выдохнул, – вы попали под перекрестное проклятие магистра Ардиса, вследствие чего поменялись телами.

– Вы хотели сказать, временно поменялись. – Офицер Ройс, заточенный в мое тело, уставился на лекаря тяжелым взглядом, не терпящим возражений. Я даже не знала, что способна так смотреть.

– Ну-у-у… – Лекарь неловко одернул на себе мятый халат, снял очки, подышал на них и протер все тем же халатом. Мы его не торопили, потому что, пока он молчал, можно было верить в лучшее.

Но вот лекарь вернул очки на нос и ответил: – Мы пока не знаем, каким образом вернуть все на свои места.

В повисшей следом тишине мои тихие слова прозвучали как гром среди ясного неба:

– А у меня помолвка на днях.

– Не беспокойтесь, адептка Райденберг, о случившемся в Ардаме знают лишь пятеро избранных. Так что помолвка непременно состоится, – «успокоил» меня лохмач, бросая напряженные взгляды в сторону офицера Ройса.

– Это что же? – тихим голосом уточнил тот, складывая руки на моей груди.