– Мы ее так оставим?

Юр мотнул головой, сначала демонстрируя возмущенное «Нет», но затем уже пораженческое «Да».

– Я не вижу, чтобы жарка блинов чем-то ей повредила. А вот если вмешаюсь, не уверен, что обойдется без вреда. И самое паршивое – я совершенно не чувствую магию. Это напрягает.

Что ж, нам пришлось молча выйти.

Наавир с Унаром уже ждали у неприметной глухой стены. Стена была каменная, покрашенная побелкой и выглядевшая совершенно тупиковой, тупиковее просто некуда. Мимо нее прошел бы каждый… ну, кроме дракона. Собственно, наш дракон и не прошел – Наавир приложил руку и продавил, казалось, совершенно монолитную стену. Точнее, пару кирпичей. В это углубление Наавир без усилия просунул руку. Щелчок – и стена начала отодвигаться, открывая проход.

Мы с Юрао встретили появление тайного хода мрачным молчанием. Наавир встретил наше молчание вопросительным:

– Вы без блинов?

Мы кивнули.

– Нам больше достанется, – радостно заключил Унар и умчался на кухню. Наавир взял и пошел за ним следом.

Юрао мрачно посмотрел им вслед и задумчиво произнес:

– Ладно, у дракона аппетит драконий, но хранитель куда?

– А у меня аппетит зверский! – возвестил Унар, Бездна ведает как расслышавший нас."

"Они вернулись почти сразу – Унар тащил блюдо, на котором уже возвышалась приличная стопка блинов, Наавир тащил тарелку со сметаной, в которую была вылита банка, никак не меньше, абрикосового варенья.

– Ну что, пошли? – разом спросили любители блинчиков.

И оба приступили к позднему перекусу с видом абсолютной невозмутимости. Унар блины просто ел, Наавир макал в заготовленную смесь из сметаны и варенья и только после этого отправлял в рот. Оба были заметно счастливы и радостно сосредоточены на трапезе. Мы с Юрао пребывали в шоке.

– А что вы на нас так смотрите? – поинтересовался Наавир. – Между прочим, настоящие гоблинские блины по старинному гоблинскому рецепту, нежные, во рту тают, и да – редкое лакомство.

– Почему редкое? – заинтересовалась я.

– Так гоблины терпеть не могут блины делать, у них это похоронное блюдо, так сказать, «такэгаэ» – плохая примета, – прожевав, сообщил Унар. – Так что это деликатес, и вы бы присоединялись, пока этот, – он кивнул на Наавира, – не припомнил, что, помимо драконьего аппетита, у него еще и драконья жадность имеется.

И тут Наавир взял и вспомнил. Глянул на Унара, развернулся и ушел на кухню. Дух-хранитель рода Тьер подумал и уполз следом. Мы с Юрао остались.

– Деликатес, значит… – протянул партнер.

– Как и белый сыр, вместе с конфетами ручной работы, – напомнила я.

Мы переглянулись. Посмотрели в сторону кухни и решили двигаться вперед, не дожидаясь утоления драконьих аппетитов.