Тогда у меня на руках оказался бы такой козырь… С ним можно было ускорить выполнение плана Долгорукого и в течении нескольких дней раз и навсегда разобраться с Суворовым. Эх…

Мои грустные размышления о том, что я зазря вновь оказался подвергнуть серьёзной опасности, были прерваны въезжающей на территорию Академии машиной. И эта самая машина мне было хорошо известна. Именно на ней вчера уехал из ресторана князь Долгорукий.

На лице невольно появилась улыбка. Всё же сегодняшний день закончится на достаточной приятной ноте.

* * *— Идиоты! — Закричал Николай и бросил в слугу наполовину наполненный стакан.

Тот не посмел увернуться и стакан сначала попал ему в грудь, а затем упал на пол и разбился. — Неужели они втроём не смогли разобраться с этой сволочью?!

— Он остался невредимым исключительно благодаря защитным артефактам, — сообщил слуга не рискуя поднимать взгляд на князя. — Мы не ожидали, что у него в распоряжении есть нечто подобное и поэтому безродные не справились с заданием…

— Да он только от Воронцовых получил десять миллионов имперских рублей! А на этих выходных заработал около полумиллиона на гонках! Да за эти деньги он может позволить себе лучшие защитные артефакты!

Слуга молчал, давая своему хозяину выговориться.

А Суворов продолжал сыпать проклятиями и ругательствами. Ведь всё так замечательно складывалось! Пожарский покинул Академию на несколько дней и им удалось убедить нескольких безродных напасть на Белякова наобещав им золотые горы. Естественно, этим болванам никто не собирался платить и защищать их от Тайной Канцелярии. Просто расходный материал, который не жалко выкинуть на свалку. Их даже нанимали через ничего не знающих посредников, которых уже успели убить.

И каков итог? Все приложенные усилия и ресурсы оказались потрачены напрасно! И если бы не излишняя перестраховка, то эти бездари уже давали бы на Суворова обвинительные показания. После такого можно было не рассчитывать на милосердие Императора. Единожды он уже пощадил знатные рода, что оказались причастны к заговору по убийству подопечного царствующего рода. Во второй раз Император уже не пощадит тех, кто будет причастен к покушению на Белякова.

— Господин, но он всего лишь безродный не имеющий поддержки какого-либо рода! — Решился высказать свои мысли слуга.

— Даже при всём желании он не сможет что-либо сделать вашему роду! А к тому времени как он наконец-то станет Архимагом, вы успеете породниться с Дементьевыми!

— Это не важно! Он должен умереть!"

"Князь был бы и рад забыть про этого безродного ублюдка. Но оскорбление, нанесённое Николаю в его же заведении, можно было смыть только кровью. К тому же от него требовали разобраться с Беляковым другие князья.