Мне остро захотелось узнать причины столь быстрого их роста. Ну не может же нам так везти!

— Аннет! — кинулась искать сестренку, позабыв о своих намерениях. — Аннет!

Увы, но кроме нее мне не у кого было спросить, а волновать попусту девочку ой как не хотелось. Вдруг здесь это является нормой, и я выставлю себя в неприглядном свете, все же это другой, незнакомый пока мне мир.

Я как была босиком, так и ворвалась в дом. Застала Аннет, сидящую на тюках с вещами, которыми «любезно» с нами поделился дядюшка. На ней не было лица. Бледная, осунувшаяся, с воспаленными глазами.

— Аннет, — осторожно позвала ее и подошла ближе. — Что-то случилось? Плохо себя чувствуешь?

Девушка при виде меня испуганно дернулась. Попыталась встать, но не справившись с ослабевшими ногами вновь опустилась на тюк.

— Аннет, не пугай меня, сестренка.

Взяла ее ледяные руки и накрыла своими.

— Он продал все. Оставил нас ни с чем, — прошептала она, опуская голову. — Прости меня, я надеялась, что не буду тебе обузой.

— Ты о чем, милая? Что за упаднические мысли?

Я не понимала причины такого ее состояния. Ведь все же было хорошо, когда оставила ее одну.

— Я нашла документы, — освободив одну руку, она выудила их вороха вещей какие-то бумаги. — Он продал все. У нас кроме этого дома больше ничего нет.

Взяв бумаги, присела рядом с девушкой. Пока читала написанное, мои брови чуть не взлетели вверх от изумления! Вот же сволочь! Вот же паразит! Мало того, что проиграл все состояние юной баронессы, так и меня отставил ни с чем!

Я еще раз перечитала документы, в которых сухим юридическим языком перечислялось мое личное имущество — загородный дом и три гектара земли. Деревни, ранее принадлежавшие загородному поместью, в качестве компенсации за воспитание будущей графини Бинор были проданы ростовщикам в день смерти настоящей Мари де Марлоу!"

"Хотелось рвать и метать. Мало того, что фактически оставил без средств к существованию, так и отнял единственный источник дохода! С пятьюдесятью золотыми я не то, чтобы жить, я даже нормально существовать не смогу. Тем более, мне не стоит забывать и о своих домочадцах, которые так же хотят каждый день есть и пить.

Просить помощи у наместника бесполезно. Он прямым текстом заявил, что по всем вопросам на счет своего содержания я обращалась к Дэнею. Как только супруг изъявит свою волю — то его, то есть содержание, незамедлительно выдадут. И ведь никого не волнует, что супруг мой лежит бревном, не в силах даже нормально глотать, не то, чтобы издавать членораздельные звуки!

— Ладно, не реви! Прорвемся! Не забывай, что у нас еще есть золото, которого хватит месяца на три-четыре, — попыталась успокоить девушку.

— А толку? — безэмоционально спросила она меня. — Мы же не можем все время готовить и греть воду на костре.