А задачами их являлись разоблачение и поимка агентов врага, недопущение диверсионной и подрывной деятельности агентов в районе боевых действий, прифронтовой полосе и на освобожденных территориях, а также проверка благонадежности военнослужащих, прибывающих с пополнением, вышедших из окружения, бежавших из плена и оказавшихся на оккупированной врагом территории.

Оперативные курсы стали называться школой контрразведки «СМЕРШ», а срок обучения был продлен до трех месяцев.

В июне, окончив школу, Егор Ивашов получил звание младшего лейтенанта и был направлен оперуполномоченным контрразведки в 167-ю стрелковую дивизию на Воронежский фронт. Майор-штабист оказался во всем прав…

В половине восьмого утра Егор был уже на ногах. Умылся, оделся, хлебнул горячего чая из пузатого самовара (надо полагать, гордость гостеприимной хозяйки), проверил револьвер и вышел на крыльцо. Следом, тенью, выбежал ординарец Зозуля, поправляя гимнастерку и ремень.

У дома возле плетня мирно покуривали шестеро бойцов, старшим из которых был усатый сержант лет сорока с гаком. Увидев вышедшего младшего лейтенанта, он что-то тихо сказал своим, те побросали цигарки, поправили винтовки за плечами и выстроились в шеренгу.

– Товарищ младший лейтенант, – приставил сержант здоровенную крестьянскую ладонь к пилотке, – отделение охраны комендантского взвода прибыло в ваше распоряжение. Командир отделения сержант Шушайло.

Ивашов поздоровался с ним за руку. Ладонь младшего лейтенанта буквально утонула в лапище сержанта.

«Экий увалень здоровенный, – подумалось Егору. – Такой и с медведем, пожалуй, справится».

Подошли разведчики, десять человек, во-оруженные автоматами «ППШ». Старшим у них был двадцатипятилетний старшина Колонов, заместитель командира взвода пешей разведки полка. Вместе с ними пришел сержант Масленников, придерживая ремень «ППШ».

– Что, диверсантов пойдем ловить, товарищ младший лейтенант? – весело спросил старшина Колонов. – Говорят, за Дымовым Яром лазутчики вражеские объявились?

– А кто говорит, товарищ старшина? – быстро спросил Ивашов.

– Ну-у, говорят… – обескураженно замялся Колонов.

– Строиться! – не дожидаясь ответа старшины, приказал младший лейтенант и, когда солдаты построились, начал: – Дело такое. Вчера вечером в районе восьми часов вечера в двух с половиной километрах от села Кияница по направлению к селу Вакаловщина я был обстрелян из немецкого автомата «МР-40». Стрелявший предположительно был один, возможно, он ранен. Наша задача – найти его и по возможности взять живым.

– А может, он с той стороны приходил? И давно ушел? – спросил один из разведчиков по фамилии Малюк.

– Маловероятно, товарищ сержант, – ответил Ивашов. – Вряд ли он пришел с той стороны с заданием убить меня.