На каждого половозрелого жителя города приходился один моряк, а на немногочисленных одаренных — по пять наших бойцов, даже если не считать высшее командование.

Хотя, городок и в самом деле оказался гостеприимным, несмотря на проблемы, вызванные не только климатом, а в окрестностях города в феврале температура опускалась до минус сорока, но и близостью Тунгусской диссонансной зоны. Собственно город, что веком ранее строился возле реки, сейчас сместился ближе к тайге.

— Можете рассказать, что у вас происходит. — спросил я, когда мы разместились в довольно уютном кабинете градоначальника.

Не знаю уж, по какой моде, но на полу у него был застелен толстый персидский ковер, а на стенах висели сабли и старинные мушкеты. Кажется, барон не на шутку увлекался стариной и периодом Русско-Турецких войн за Черное море.

— У нас? — усмехнулся Иван Яковлевич. — Ровным счетом ничего. Снег, тоска…

— Не могу не заметить, что вы увлекаетесь историей. — улыбнувшись кивнул я на развешенное оружие. — А мне интересны новые места, думаю короткого рассказа даже Вилюйск заслуживает более чем.

Скажем, последние лет сто.

— Хмм… ну если так посмотреть. — задумавшись проговорил барон. — Никаких тайн я вам не раскрою, просто потому что тайн у этого места нет, а даже если они и есть — то все мелкие, наши. А вот история у города и в самом деле по-своему уникальна, хоть и похожая на такие же истории крепостниц казачьих отрядов того времени.

— Ты и вправду хочешь слушать историю с сотворения мира? — чуть наклонившись ко мне прошептала Мария. — Мы же здесь проездом."

"— Городище был впервые поставлен на Вилюйске в начале-середине семнадцатого века, как зимовье.

Примерно в то же время, на реке Оленёк было создано другое зимовье. Точных сведений об этом до наших дней не сохранилось, но ходят легенды что это город-побратим, или, вернее сказать, город призрак. — с каждой фразой всё более увлеченно и воодушевлённо рассказывал барон. — Его императорское величество Павел 1 очевидно поняв, что двум городам в одной местности быть не зачем, Оленёк упразднил, и с того времени герб перешел к нашему Вилюйску.

Барон отпил чая, чтобы промочить горло.

— До катастрофы город занимался рыбным и лесным промыслом, разведением северного оленя и мелкой починкой проходящих судов.

Перевалочный пункт, борьба со сбежавшими ссыльными, да мало ли какие вызовы появлялись. Поселок потихоньку рос, к началу двадцатого века наконец сменив статус на Город. — бодро вещал барон. — А вот во время катастрофы и сразу после — городу пришлось очень нелегко. Мы ведь — приграничное с зоной поселение.

— Что произошло? — спросила Ангелина с не малым интересом.

— Искаженные.