— обреченно сказал Мирослав, прикрыв ладонью глаза.

— Фиксирую аномальное снижение. Один из кусков движется гораздо медленней! — воскликнул Василий, сжав кулаки. — Визуальное наблюдение, подтвердите… да! Рубка уцелела! Она движется в конструкте пресса! Значит они живы!

— Слава богу. — выдохнула Ангелина, опустившись на диван рядом с сестрами. — Значит он будет в порядке. Слава богу…

— Да, всё хорошо. Не волнуйтесь. Нет я должен убедиться своими глазами. Вернусь через несколько часов. — успокаивал я девушек и родных, стоя на мостике скорого разведывательного катера. — Да, без изменений. Всех целую, скоро буду.

—…мы ждем! — требовательно напомнила Мария, и я отключил связь, повернувшись к Краснову.

— Что с траекторией движения ракеты? — спросил я, у товарища, который никак не мог прийти в себя. — Ты хоть знаешь, что мы и куда запустили?

— Ракета разделилась, как и должна была. — тихо проговорил Максим. — Но третья ступень, после отделения боеголовки, продолжила движение… она окажется на низкой околоземной орбите через несколько часов… после чего сможет зависнуть там, на не определенное время. Может даже навсегда.

— Что мы запустили, Максим? — ещё раз спросил я.

— Не знаю я! Не-зна-ю! Доволен⁈ — выкрикнул Краснов, вскочив с кресла. — Я думал это просто вычислительный модуль для старта. Над ним работал… работала эта змея! Я ей доверял, дурак…

— Тихо, тихо — успокойся. — потребовал я, воздействия на его духовное тело. — Что с боеголовкой?

— Она отделилась и уже вошла в верхние слои атмосферы. — ответил Краснов, вздохнув. — Скоро мы её должны увидеть…

— Внимание, всем судам отойти от границы соприкосновения. Всем гражданским укрыться в подвалах и бункерах. — гудела сирена в Берлине. — Всем найти укрытия. Эвакуационные мероприятия…

— Занять позиции в бункерах! Всем отойти от бойниц! Нахождение на гребне рубежа не допускается! — вторил её командный голос в двух тысячах километров, на Рубеже. — Всем занять позиции! В укрытие!

— Это падающий ангел? Гнев божий! — кричали игнорировавшие всякий приказ люди, толпившиеся на стене. Зависшая в дневном свете звезда спускалась всё ниже, идя почти по горизонту, и в её ослепительном сиянии меркло даже солнце.

— Тринадцать секунд до контакта. Камеры в режим защиты от ослепления. — скомандовал Краснов, активируя работу автоматики. — Десять секунд… девять… удар!

Вспышка пробилась даже сквозь фильтры, но камеры вскоре адаптировались и дергавшееся изображение выровнялось.

— Образование световой волны окончено, скачок уплотнения воздуха через полторы минуты. — проговорил Максим, и увеличив изображение до максимума, я смотрел как на горизонте поднимается грибовидное облако.