Глаза дракона полыхнули яростью, профессор же с трудом подавил ухмылку. Что ж, я действительно собиралась воспользоваться козырем, который мне столь любезно вручил лорд Арнел.

– И, – произнесла я, – раз уж теперь я в достаточной степени защищена, полагаю, мне и моим людям самое время вернуться в дом профессора Стентона. Ко всему прочему, там, вероятно, все окна целы.

– Определенно, – подтвердил профессор Наруа, также поднимаясь.

* * *Мы покидали гостиницу «Полет дракона» с вещами, которые упаковали в чемоданы вперемешку со снегом – окна все еще стеклили.

Вокруг также работали маги, присланные в помощь стекольщикам, чтобы хоть временно затянуть окна пострадавших горожан магическими заслонами…

Из полицейского участка, стремительный и быстрый, вышел лорд Арнел."

"Меня, стоящую у загружаемого экипажа, он увидел мгновенно, как, впрочем, и я его. И я не знаю, как это вышло, но я обернулась практически неосознанно, едва ли понимая причины своего поступка. И что-то в драконе изменилось.

Он сделал было шаг по направлению к ступеням, но тут же остановился.

Да, «Uiolare et frangere morsu» – это пятьдесят шагов радиус ограничения.

И то, что дракон не сумел подавить табуированный запрет, сказало мне слишком о многом – Арнел был измотан. Измотан до такой степени, что сил у него уже не осталось.

Примерно так же, как и у меня.

И он стоял на пороге полицейского управления, прожигая взглядом ночь и мою душу и не имея никакой возможности приблизиться ко мне хотя бы на шаг… Мне внезапно стало искренне жаль, что я возвела барьер, который сейчас стал непреодолимым препятствием для нас обоих…

– Помочь? – вдруг предложил стоящий рядом со мной профессор Наруа.

Секундное сомнение и тихое:

– Да, если вам не сложно.

Маг достал трубку, два кристалла черного магопиума, дым, сформировавший нечеткое фосфоресцирующее серым цветом пятно, и мои слова, написанные с аккуратностью угольного куска:

«Спасибо».

Прочесть мое сообщение мог лишь Арнел, и он прочел, потому что в ответ дымным порывом мое слово было сметено, и появились уверенные и каллиграфические идеальные даже при таком способе написания слова:

«Я слишком многим вам обязан, чтобы «не замечать», насколько вы против замужества с Кристианом.

Постараюсь встретиться с вами утром. К моему искреннему сожалению, сейчас подобное слишком… большая роскошь для меня».

На меня злились. Действительно злились. С «Uiolare et frangere morsu» не шутят, дракон мог бы в принципе подать в суд на меня и дело бы выиграл, но как бы мне самой сейчас ни было жаль, поступила я правильно.

«Буду утром», – то ли предупредил, то ли пригрозил лорд Арнел.

* * *Мистер Уоллан подал мне руку и помог забраться в карету.