Далее накал трагичности и эмоциональности в дневнике сестры Исабель несколько спал, последовали материнские будни, наполненные тихим светом, радостью, тревогами и заботами молодой матери, и, увы, к моему искреннему стыду, мой интерес к дневнику несколько поутих после десятого описания цвета отходов жизнедеятельности младенца…

– Мисс Ваерти, с вами все хорошо? – поинтересовалась неизменно находящаяся при мне миссис Макстон.

– Да, – ответила, перелистывая следующую страницу.

– Вы несколько приуныли, – заметила домоправительница.

– У меня складывается впечатление, что младенцы только и делают, что пачкают пеленки, – грустно ответила ей.

– Хм, – усмехнулась миссис Макстон и елейным голосом поинтересовалась: – Поиски супруга все еще актуальны?

Легкую насмешку я, несомненно, уловила, но едва взглянула на миссис Макстон, та по-доброму мне улыбнулась все понимающей улыбкой и вернулась к шитью. А я к дневнику.

Дневник был подробным.

Более чем подробным.

В какой-то момент я поняла, что это давно перестало быть исповедью израненной девушки и стало отчетом молодой матери. Что следует есть для прибытия молока и чего не следует. Первый прикорм ребенка в долгом переходе от грудного вскармливания к обычной пище. Все болезни очень подробно. Более чем подробно – по пунктам описывались причины, которые, по мнению Исабель, привели к заболеваниям. И это имело смысл, так выяснялось, что какие-то продукты маленькой Марисе есть не стоило, от некоторых простудных заболеваний ей, как ничто иное, помогал имбирный настой, и прочее, прочее, прочее. И после всего прочитанного я могла с полной уверенностью подтвердить, что из Исабель получилась превосходная мать. Она даже записывала, от каких колыбельных малышка засыпает быстро, а какие не слишком любит. Затем последовали сказки. Первые книги, которые читал ребенок. Первые успехи… Передо мной открывалась целая жизнь, и это было так удивительно… и немного скучно.

В какой-то момент я, к своему стыду, начала перелистывать страницы, снова перелистывать, опять перелистывать…

– Мисс Ваерти, – вдруг произнесла миссис Макстон, – что происходит?

– О чем вы? – оторвав взгляд от книги, переспросила я.

– Страницы, – домоправительница указала на дневник, – их становится все больше. Вы не заметили?

Пожав плечами, безразлично ответила:

– Обычный магический дневник, у меня тоже такой. Правда, в отличие от уважаемой усопшей матери-настоятельницы Исабель я его не веду, позор мне.

И я бы продолжила и далее уныло перелистывать страницы, но тут миссис Макстон заметила:

– Вам его подарил профессор Стентон.

Я кивнула, это действительно было его подарком еще на первом курсе, за старания в учебе.