И пошли своего дружка далеко и надолго, а то я обижусь.

Тумасов все же сумел вытащить приятеля из комнаты.

— Вы че, совсем обалдели! — звенящим шепотом принялся выговаривать он Жене. — Мои родичи вообще не курят, а вы надымили «травой» так, что неделю будешь выветривать. И малолетку привели. Это же вообще подсудное дело.

— Стоп, стоп! — остановил Женя приятеля. — Если хочешь знать, мне самому восемнадцать исполнится только через два месяца. А про наркоту ты ни слова не сказал. Если бы мы были в курсе, хрен бы кто сюда пошел. Да ты загляни в другие комнаты. Думаешь, там как-то иначе?

Николай заглянул. Увиденное моментально испарило остатки хорошего настроения. Вот и устроил вечеринку. Людей набилось вдвое больше ожидаемого. Гости обсели все комнаты, кроме родительской спальни и закрытого отцовского кабинета. Еще в одном месте активно дымили «травкой». И опять это были малознакомые Николаю люди. Хотя и от своих можно ожидать сюрпризов. Коля и не подозревал, что Женька увлекся легкими наркотиками.

Откровенно говоря, Тумасову-младшему было по барабану, чем занимаются его гости. Его пугала реакция матери. Она прощала сыну лень и другие маленькие слабости, но крайне ревностно относилась к его здоровью. Даже курение могло повлечь жесткие санкции. Что уж говорить о наркотиках!

Про отца Николаю вообще было страшно даже вспоминать. Сын пока не узнал родительского гнева, но чувствовал, что он может быть ужасен. Поэтому Николай мигом забыл о своем намерении растянуть тусовку до конца выходных. За двое суток гости так надымят, что год будешь проветривать. Утром, когда народ опохмелился, он пустил слух о скором приезде родителей. Большая часть тусовщиков немедленно испарилась. Остальные еще маленько поколбасились, доводя себя до нужного градуса, и тоже смотались. Остался только лучший приятель, вместе с которым Николай принялся наводить марафет. Устранение следов многолюдного сборища оказалось трудным делом, особенно для людей, смутно знакомых с уборкой квартир. Успешное завершение работы друзья отметили очередной бутылочкой вина.

— Не, блин, тусоваться надо в клубе, где за тобой все уберут и поставят на место. А пустая квартира лучше всего годится для секса с красивой девочкой, — заключил Николай, медленно потягивая вино.

— Абсолютно верно. Нет ничего хуже, чем за другими людьми дерьмо разгребать, — сделал приятель вывод из свежего опыта.

В общем, приезд родителей вызывал у Николая серьезные опасения. Однако беда пришла, откуда не ждали. Состояние квартиры не вызвало нареканий, но зато отца будто подменили. Он круто взялся за сына. Илью Фридриховича подтолкнул к этому разговор с женой. На пляже ему вдруг стали лезть в голову разные глупые мысли.