— Точно, теперь узнаю, — произнесла Се Сиаль. — Уйдите отсюда, молодой человек. Вам здесь не место.

«Вам здесь не место» — отчего-то Алу подумалось, что фраза вовсе не об этой комнате, и не о лечебнице пика Молочный облаков, а обо всем ордене РР. Он еще ниже опустил голову и смиренно побрел прочь."

"Он вышел в соседнюю комнату и миновал кабинет старейшины Зага, не глядя по сторонам, но у приоткрытой двери остановился, услышав знакомые голоса.

— Скажи мне, Шен, когда ты ранее спасал мою жизнь, ты так беспокоился, потому что сам боялся умереть?

Вопрос показался Алу странным. Парень поднял голову и тихонько выглянул из-за двери.

Шен стоял возле стены. Муан почти что прижимал его к ней, уперев кулак в стену рядом с его головой. Руки Ала против воли сжались в кулаки.

Шен ничего не ответил. Он просто смотрел на Муана со странным выражением в глазах, а по его щекам внезапно потекли слезы.

Дыхание Ала перехватило. Он не понимал, что видит. Не понимал, о чем они говорят. И все же вместе с тем осознание глубокого смысла происходящего словно обухом ударило Ала по голове.

Никогда, никогда в своей жизни ему не потягаться с Муаном. Будь тот жив или мертв, даже мертвым, увитым плющом, сожженным и развеянным пеплом по ветру, даже в таком состоянии Муан все равно будет обходить его.

Каким хладнокровным был Шен, когда сказал Алу убираться. Интересно, если б на его месте оказался Муан, Шен упал бы на колени, чтобы молить его?

Что такого особенного между ними, что его бывший учитель так сильно цепляется за этого старейшину?

Ал с самого начала был не в выигрышной позиции. Но только сейчас, наконец, понял, что на деле у него никогда не было ни шанса.

Глава ордена РР закончил подписывать последнее обращение, отложил кисть и поставил личный оттиск алыми чернилами. Он уже давно не занимался составлением писем, но такое важное событие, как собрание всех заклинателей восточных земель, требовало от него личного участия. Обращения требовалось составить со всей тщательностью, идеально выверенной каллиграфией, умеренно снабдив деловой текст философскими изречениями. То, как иносказательно и поэтично будет составлено послание, повлияет на общее впечатление об уровне ордена РР, и в таком деле не должно быть место небрежности. Каждое письмо приходилось составлять отдельно, с поправкой на личность главы ордена или клана, к которому обращался Шиан.

Помощником в таком нелегком деле выступал Лунг Рит. Старейшина пика Духовного щита являлся проницательнее многих, к тому же никогда не упускал деталей. Шиан мог не обратить внимания на какие-то оговорки в переписке или списать на случайность чересчур резкую линию в иероглифе, но старейшина Лунг составлял общую картину на основе незначительных на первый взгляд деталей.