Чуть поодаль фыркали во сне спящие лошади, надежно укрытые от лесных хищников невидимой стеной волколачьего духа. Не спали лишь двое – связанный по рукам и ногам волхв и охраняющий его богатырь Хлопуша.

Богатырь долго сидел молча, глядя на всполохи огня и прислушиваясь к звукам ночного леса, потом повернул голову к волхву и тихо окликнул:

– Слышь, Довгуш? Не спишь?

– Чего тебе? – так же тихо отозвался связанный чародей.

Хлопуша покосился на своих спутников – не подслушивают ли? – затем еще ниже наклонился к связанному паромщику и произнес:

– Ты говорил, что колдовской наукой может овладеть каждый. Помнишь?

– Помню. И что?

Хлопуша облизнул губы и выпалил:

– Научи меня.

Богатырь плохо видел лицо Довгуша, но понял, что тот усмехнулся.

– Зачем тебе? – спросил волхв.

– Понимаешь, вокруг меня одни колдуны. Лесана – травница, и она умеет повелевать зверьми. Первоход… он тоже кое-что может. Кое-что такое, что недоступно остальным людям.

– Ты тоже многое умеешь, – сказал на это Довгуш. – Ты силен, как медведь. Таких богатырей, как ты, трудно сыскать.

– Так-то оно так, но… – Хлопуша вздохнул. – Понимаешь, я не боюсь никого из людей и зверей. Но колдуны… У меня от вашего брата мурашки по коже.

Довгуш помолчал пару секунд, потом сказал:"

"– Я тебя понимаю. Ты боишься колдунов, потому что не знаешь, чего от них ждать. Тебя пугает неизвестность.

Хлопуша усмехнулся:

– Мне нравится твое объяснение, волхв. Помоги мне побороть страх перед колдунами. Научи колдовать.

Довгуш покосился на Первохода и Лесану.

– Не уверен, что твоим друзьям это понравится.

– А мы им не скажем!

– Не скажем? – Волхв прищурил черные, как глубокие колодцы, глаза. – А коли дознаются да решат меня проучить?

– Не бойся. За меня страдать не будешь. В обиду не дам.

Теперь волхв усмехнулся открыто, и полоска белых зубов блеснула под его спутанными черными усами.

– Что ж… – сказал он. – Пожалуй, мы можем попробовать. Для начала ты должен пристально посмотреть мне в глаза.

– Зачем это? – подозрительно спросил Хлопуша.

– Не все учение передается на словах. Много тайного можно передать взглядом. Посмотри мне в глаза, богатырь, если хочешь узнать мою тайну.

Хлопуша немного помешкал, косясь на спящего Первохода и дремлющую рядом Лесану, затем вновь повернулся к волхву и молвил:

– Добро. Посмотрю тебе в глаза. Но имей в виду, паромщик: коли пойму, что ты замыслил недоброе, подниму тебя за ноги и буду трясти до тех пор, пока не вытряхну из тебя твою вонючую душонку.

Сказав так, Хлопуша уставился в глаза волхву. С полминуты оба молчали, а затем Довгуш разомкнул губы и тихо заговорил:

– Ты слышишь только мой голос, Хлопуша. Мой и ничей больше. Повтори.

– Только твой голос, – послушно повторил здоровяк. – И больше ничей.