Но благодаря легенде про всемогущих волхвов нас он пока не трогает.

– Но я слышала, что вы добываете для него камни-самоцветы, – сказала Лесана.

Довгуш кивнул.

– Верно. Каждый год мы загружаем для вашего князя несколько подвод самоцветами и слоистым жемчужным шпатом. Загружаем и отправляем в Хлынь-град. Мы скрываем от княжьих посланцев места, где добываем свои сокровища. Узнай Добровол про них – он бы давно отнял у нас наш промысел, а самих нас изгнал бы отсюда. – Довгуш перевел дух и сказал: – Мир держится на страхе и подкупе. Князь побаивается волхвов и получает за свой страх щедрые подношения. Страх, который я внушаю людям, делает их смирными и покорными. Они не воруют, не убивают. Чтят и не забывают своих предков.

– Как же, забудешь тут, – проворчал Хлопуша. – Когда мертвые предки постоянно путаются у тебя под ногами.

Волхв усмехнулся.

– Неважно, почему они это делают. Важно то, что в нашем мире царит равновесие. Если хотите, можете остаться с нами, – радушно предложил он. – Я прикажу построить вам просторные, светлые избы. Вы будете помогать мне править моим народом. – Довгуш вздохнул и горестно проговорил: – Если б вы знали, как я устал делать все один.

– Неужели за столько лет никто не попытался вывести тебя на чистую воду? – удивился Хлопуша.

– И неужели никто не пробовал вызволить узников из заточения? – подал голос Глеб. – Ведь у каждого из них есть друзья и родные.

Волхв покачал головой и ответил:

– Никто. Хотя… Пару лет назад нашелся один храбрец. Как же его звали… Имя не славянское… Не то Риман, не то Руман.

– Рамон? – в один голос выдохнули Глеб и Хлопуша.

Волхв прищурился.

– Верно. Так вы его знаете?

Глеб и Хлопуша переглянулись.

– Что ты с ним сделал? – свирепо пробасил здоровяк.

Волхв пожал плечами:

– То же, что и с другими. Он спит и видит сны, но сны его не назовешь прекрасными.

– Мерзавец! – прорычал Хлопуша и схватился за рукоять меча.

Довгуш посмотрел на меч и поежился.

– Мне пришлось это сделать, здоровяк. Парень жаждал моей смерти.

– Где он теперь? – спросил Глеб.

– В одной из клеток.

– Ты поможешь нам освободить его.

Волхв покачал головой и ответил:

– Я этого не сделаю.

– Сделаешь! – прорычал Хлопуша. – Я заставлю тебя!

Волхв качнул головой.

– Нет. Вы пришли сюда за Первоходом, и вы его спасли. Дальше пусть все будет как будет. Я не стану вам помогать.

Глеб сдвинул брови и сухо произнес:

– Боюсь, что у тебя нет выбора, паромщик.

4

Уютно трепыхался на ветру рыжий костерок. Воздух был по-ночному темен. Лужайку тесной толпой окружили безмолвные деревья с густо переплетенными ветвями. Путники, улегшись на собранный еловый лапник, накрытый сверху мягким мхом, восстанавливали силы.