Он отряхнул с камзола с золотой вышивкой несуществующий мусор и рявкнул на меня:

— Уйди, чернавка! Как ты смеешь обращаться ко мне без поклона? Надир, высечь девку! Совсем чернь распоясалась!

Глава 28

С лошади тут же соскочил молодчик и направился прямо ко мне, поигрывая плетью. Я удивлённо приподняла брови. Ну вот, Иришка, совсем ты в своей глухомани перестала бояться. Пришли, понимаешь ли, напомнить.

Хорт, кстати, услышал разгорячённый вопль высокородного и посмотрел туда, куда указывал золочёный камзол. Увидев меня, замер, хмыкнул, словно не он сейчас должен был меня защищать от всего этого сброда, который сам же и привёл. Потом кивнул мне, выводя из себя ещё больше.

На моей же земле меня розгами пугают! Колючка проснулась, рыкнула и приготовилась выходить на первый план.

Но, видимо, камзолу этого было мало.

— Господа, вот к чему приводит, когда землями руководит женщина. Полная деградация черни в животное состояние, запустение, — этот козёл показал на кучу кирпичей, которые привозили сюда, чтобы деревенские могли спокойно брать из неё для стройки и ремонта.

Мы планировали натянуть тент, чтобы кирпич под дождь не попадал, но всё никак руки не доходили. В деревне во всю шли стройки. Кому сарай, кому пристройку…

Я даже заслушалась. А остальные высокородные, услышав разговор, стали подтягиваться ближе. Из таверны вышел Саврус — сонный. Ну получит у меня, столько гостей проворонил:

— А вы кто, господа хорошие? — ляпнул этот старый пень.

— Что и следовало доказать, — камзол довольно указал ещё и на Савруса. — Надир, этому тоже плетей. Пусть глаза пошире откроет, раз не видит, кто приехал. Скажем хозяйке, что нужно лучше следить за чернью, да и укажем как раз, что без сильной мужской руки ей будет тяжело. Герцог Райхорт, вы уже тут были, скажите, в какой стороне домишко этой сельской ящерки?

— Думаю, господа, хозяйка вам сейчас сама расскажет, где её дом, — Хорт тоже спрыгнул с лошади и, отдав поводья одному из людей Пая, подошёл в общую высокородную толпу.

Он похудел, осунулся, но взгляд такой горящий, мне самой стало жарко. Так, Иришка, с мужем потом разберёмся, сейчас нужно с пришельцами решать.

Я ничего не понимала. А когда я чего-то не понимала — я злилась."

"Надир уже успел схватить за рукав куртки Савруса и шёл ко мне. Староста удивлённо смотрел на людей, на меня, потом, видимо, догадался, что сейчас будет «Буда-бум», и вжал голову в плечи.

Земля стала медленно трястись. Сначала все эти разодетые павлины не поняли, потом насторожились. Ехавшие с ними воины были умнее, повытаскивали свои мечи, которые я движением пальцев вырвала из рук и прилепила к стене таверны. Опыт уже есть.