Этого достаточно, чтобы показать мне покрытые водорослями колонны и арки, а также несколько лестниц, которые, судя по всему, ведут во Дворец дожей. Мне нужно найти какой-то проход, который выведет меня наружу, потому что я не собираюсь возвращаться в грязную камеру. Я лучше умру в ледяной воде.

Мужчины все еще разговаривают.

– У нас будут серьезные проблемы, когда они заметят, что девчонка исчезла, – кричит один другому.

– Мы можем сказать, что она умерла, – звучит мгновенный ответ.

– А где же тогда ее труп, идиот?

Я прижимаюсь к колонне в надежде, что они не услышат моего дыхания. Конечности так дрожат, что вокруг меня по воде расходятся круги. Я кусаю себя за ладонь, чтобы заглушить стук своих зубов. Снаружи тепло, но вода ледяная."

"– А что, если она попытается выбраться отсюда через катакомбы?

– Ты серьезно думаешь, что девчонка полезет в воду в темноте? Ты же знаешь истории о подземных существах, живущих под городом.

Эти ребята просто полные идиоты. С другой стороны, чего еще ожидать от этих садистов? В мгновение, когда я думаю об этом, что-то касается моей ноги, и я вздрагиваю. Из моего горла вырывается крик, но в последний момент я зажимаю свой рот рукой. Это наверняка всего лишь рыба. Очень большая рыба.

– Ты это слышал? – спрашивает один из моих преследователей.

– Что? Давай свалим отсюда. Здесь очень страшно. Наверняка тут водятся привидения.

Я задумываюсь над тем, чтобы взвыть и поддержать их убеждение, но вдруг рябь на воде дает мне понять, что как минимум один из них залез в воду. Свет факела движется в мою сторону. Страх перед тем, что их накажут ангелы, оказывается сильнее, чем боязнь каких-то подземных существ. Но я не могу убежать сейчас. Он не должен меня увидеть. Нельзя допустить того, чтобы он нашел меня. Стражники завершат свое дело и утопят меня, чтобы никто не узнал о случившемся. Еще раз про себя я благодарю свою мать за знания, которые она мне дала. Ночные заплывы по Гранд-каналу были ничем не хуже этого. Причем тогда мне было всего четырнадцать. Я делаю вдох и как можно медленнее опускаюсь вниз. Вода ледяная, но, по крайней мере, она охлаждает раны. Я становлюсь на колени, сжимаю губы, чтобы не проглотить грязную воду, и стараюсь сделаться как можно более незаметной. Весь пол усыпан ракушками, которые царапают кожу на коленях. Время от времени я вижу отблески света на поверхности воды. Эти мужчины оказались более дотошными, чем я думала. Когда у меня заканчивается воздух и я начинаю бояться, что задохнусь в любое мгновение, приходится зажать нос. Боль, поражающая меня, когда я касаюсь его, почти заставляет меня подпрыгнуть. Они мне еще и нос сломали. Я выдерживаю несколько секунд, но затем мне приходится вынырнуть, все равно там они еще или уже нет.