Видимо, по этому маршруту он ездил часто — залитые асфальтом дороги вскоре сменились тропами, а затем и узенькими, но гладко укатанными мотоциклетными шинами тропинками. После примерно часа довольно экстремальной, но очень уверенной езды они очутились на полянке где-то высоко в горах. Там в маленькой пещерке оказались припрятаны мангал, топор и даже небольшой котелок, а у самого склона была сколочена лавочка."

"— Когда бывает больше времени, я сюда с палаткой приезжаю, — пояснил Дерек, стягивая шлем.

Он заглушил мотор, и на них обрушился гомон птиц и ветра.

— Красиво тут, — Алеф поднял забрало шлема и с наслаждение вдохнул чистый свежий горный воздух, так отличавшийся от душного жара большого города. Потом стянул шлем, по примеру Дерека сменил тяжелую куртку и слишком плотные мотоциклетные штаны на джинсы с футболкой, привезенные в коробе байка, и уселся на лавочку. Прямо под ногами простиралась почти бесконечная даль, где-то внизу виднелся муравейник города.

Наверное, было бы классно устроить барбекю. Есть пожаренное на огне мясо, запивать его вином прямо из горлышка бутылки.

Оказалось, Дерек думал точно также: из корзинки он достал вовсе не искусно приготовленные разносолы, а большой кусок говядины, совершенно ничем не приправленный. Впрочем, специй не было и в запасах — только крупная соль в забавном платяном мешочке. Оставив мясо ""подышать"", он занялся мангалом, удивительно споро разведя огонь.

При этом он не проронил ни слова, и это было немного странно и здорово — после утомительной пляжной тусовки отчаянно хотелось тишины. А Дерек, похоже, просто привык к одиночеству.

Но он совершенно не противился, когда Алеф, также молча, взялся ему помогать. Впрочем, достать из короба тарелки и приборы, лоток с овощами и бутылку вина — не такая уж и помощь. К мясу Алеф притрагиваться не стал, а уселся на расстеленный плед неподалеку от мангала и принялся наблюдать за Дереком.

Складывалось странное, отчасти пугающее ощущение, что именно здесь он на своем месте, а вовсе не на пляже в окружении восхищенных ровесников.

Потом они жарили мясо, ели его, запивая соком, — вино, наверное, он взял специально для Алефа, ведь сам был за рулем, — но пить алкоголь совершенно не хотелось, — и заедали овощами, даже не пытаясь соорудить салат.

— Жаль, у актеров не бывает пенсии, — сказал, наконец, Дерек задумчиво. — Я бы купил домик в горах и завел огород.

— О нет, только не огород, — зажмурился Алеф, облизывая испачканные в помидорном соке пальцы. — Меня к живому подпускать нельзя, все на корню гублю. Мама в детстве нашему садовнику строгое указание давала меня от цветника гнать в три шеи.