— Если нет, то давайте поедим, а если да, то выпьем чаю.

— Спасибо, мы не голодны, — отчеканил отец, сжав кулаки. Он развернулся к Алефу. — То есть ты потратил три миллиона долларов просто на фарс? Чтобы быть поближе к любовнику?

— Совсем не на фарс, — спокойно ответил Алеф, хотя внутри кольнуло. — Считай это улучшением жилищных условий. И вложением в недвижимость.

— Тогда я все-таки хочу посмотреть, как ты живешь, — мать шагнула к едва видимой в траве рельсе, по которой двигался забор, и заглянула за гараж. — И, в отличие от моего супруга, совсем не против что-то перекусить, если это, конечно, не заказанная едва из забегаловки.

— О, в нашего повара вы влюбитесь, — широко улыбнулся Дерек.

— Посмотрим, — Делайла смерила его холодным взглядом, но все же кивнула и пошла к дому. Скрипнув зубами, отец последовал за ней, а вот Эрик подошел к Дереку и крепко пожал ему руку.

— Честно говоря, это очень неожиданно, — сказал, насмешливо глянув на Алефа. — Такого бабника еще поискать, но вот поди ж ты. И ведь молчал, как партизан.

— Это у него от меня, — усмехнулся Дерек. — Я тоже никогда никому ничего не рассказываю.

Он прошли в дом, и по дороге Дерек успокаивающе обнял Алефа за плечи.

— Мадам Шерон звонила, — сказал Алеф, когда они зашли на кухню. — Она приболела. Хотела прислать кого-нибудь вместо себя, но я сказал, что не нужно.

— То есть, дома бардак? — усмехнулся Дерек, разглядывая кухню, на которой как всегда царила стерильная чистота. — Как неловко.

— Это ваша экономка? — поинтересовалась Делайла. Она обошла стол, выглянула в окно и развернулась к Алефу. — И как долго ты здесь живешь? — спросила сухо.

— Уже три года… — вынужден был признаться Алеф, почувствовав себя вдруг невероятно глупо. Ну правда, почему он не рассказал раньше?

— Сколько?! — переспросила мать ошарашенно.

— Да больше уже, — Дерек подошел к холодильнику и заглянул в него. — Какая жалость, сегодня ничего шотландского, — вздохнул с притворной грустью. — Я уже почти приучил Алефа к нашей национальной еде, но все равно ему милее более привычная европейская, — он кивнул на грифельную доску, где они оба писали мелом пожелания для Гидеона. Сегодня там был целый забор из перечеркнутых слов ""Хаггис"" и ""Пудинг"" и большими буквами выведенное аккуратным алексовым почерком: ""Спагетти"".

— Спагетти? — поджав губы, спросил отец.

— Для тебя найдем тушеные овощи, — Алеф глянул, как Дерек вытаскивает из холодильника одно блюдо за другим, и двинулся к шкафу с посудой. — Эрик, помогай.

— Вас тут что, целый полк живет? — ужаснулся тот, принимая у Дерека блюдо."

"— Нет, просто Гидеон не каждый день готовит, иначе слишком много уходило бы в мусор, — Дерек отправил противень с обожаемой Алефом запеканкой в конвекторную печь.