Пустая чашка с гулким стуком покатилась по полу, Алеф, совершенно не думая о том, что может заразиться, поцеловал Дерека, слизывая с его губ привкус ромашки, и удобно устроил его голову на своей руке.

— Жаль, ты проспал всю дорогу, — протянул мечтательно. — Вьетнам удивительный. Рисовые поля просто как одеяло лоскутное, шапки эти как шляпки грибов. И зелень просто невозможно яркая."

"— У меня были другие радости жизни: твои удобные коленки, например, и возможность полежать на них на виду у всех, — Дерек обнял его поперек груди и закрыл глаза. Удивительно, но сейчас, чувствуя себя плохо и совсем не заботясь весь день о внешнем виде, он выглядел как будто еще моложе и словно беззащитнее.

Наверное, обвинение было справедливым: Алеф действительно редко касался его просто так, без повода, и теперь даже понял, почему: где-то в глубине души, не смотря на все, что между ними было, он все еще считал Маккентоя человеком другого ранга. Тем, кто в любой момент может просто указать ему на дверь, и придется безропотно подчиниться. Но сейчас Алеф осознал, что на самом деле все давно уже изменилось. Да Дереку придется вышибить эту дверь его головой, и только тогда Алеф, возможно, уйдет, чтобы по-быстрому съездить в больницу, наложить пару швов и вернуться считать стены Маккентоевскими ребрами.

— А у меня — очень даже обоснованный повод обнимать тебя весь день, — прошептал Алеф ему в ухо, гладя по спине.

Чувства не подчиняются гендерным признакам. Вспомнился огромный полицейский Ларс, снимавший дом по соседству и не скрывающий отношений с тоненьким черноволосым пареньком. Алеф всегда брезгливо отворачивался, завидев в окно, как они целуются у патрульной машины, или качаются во дворе на качелях, сплетясь в единый клубок.

Теперь же они казались ему нормальными. Неважно, если бы на месте паренька была такая же хрупкая девчонка или статная блондинка. Значимым был только полный нежности и любви взгляд Ларса.

Алефу с детства твердили, что мужчина должен быть сильным, лидировать, защищать — в основном, конечно, нежных и хрупких девушек. Быть слабым — стыдно! Но сейчас это казалось сущей ерундой. Сейчас Дерек был слаб и нуждался в защите и нежности, только вот не казался от этого менее мужественным.

И забота о нем, взрослом и сильном, нисколько не унижала.

Они лежали в обнимку, снова погрузившись в привычное молчание. Алеф гладил, обнимал Дерека, целовал в плечо, шею, прижимал все сильнее.

* * *Дублер у Дерека был отвратительный. Нет, он действительно был похож на Маккентоя со спины и неплохо делал трюки, но то, как он манерничал, как строил из себя звезду и пытался копировать Маккентоя, требовать такого же к себе отношения — это заставляло Алефа буквально кипеть от ярости.