Слава богу, студент. Имею право ездить один.

— Как это: в пятнадцать лет и студент?

— А вот так. Маменька самоутверждалась. С пеленок третировала и своего добилась. Дитенок-вундеркинд получился. Ток-шоу, журналисты. Костя Клыков, самый юный студент психфака. Неужели не слышала никогда?

— Не-а.

— А я тебе автограф хотел дать. Ладно, потащились домой.

Арина хотела пойти первой, но мальчишка не дал:

— В жизни бабе не доверю дорогу искать.

Спорить она не стала. Покорно ждала сзади, когда Константин оступался. Врезался в дерево, падал в снег.

— Будь ты неладна, сельдь! — ворчал парень. — Лыжню проложила кривую!

А она восхищенно думала: вот бывают ведь такие люди. В пятнадцать лет — студент. Красивый, уверенный в себе. Она его старше вдвое, но безоговорочно готова искать ему лыжи, пропускать вперед, терпеть упреки.

До пансионата добрались только к восьми.

— Ужин йок, — констатировал мальчишка. — Значит, они нас сами вынудили. Теперь — для разнообразия! — попробуем кору дуба.

— Что?!

— Неужели не слышала никогда? Отличное народное средство. Ее даже в аптеках продают.

— Ты издеваешься надо мной?

— Селедка, я, наоборот: расцвечиваю твою жизнь красками! — хмыкнул он. — К тому же кора дуба прекрасно отбивает аппетит.

— Костя! Но ведь это… вредно!

Мальчик отвернулся от нее. Фонарь бросал на его лицо бледно-мертвенный отблеск. Слова звучали глухо:

— Но уже пора идти отсюда. Мне — чтобы умереть. Вам — чтобы жить. А кто из нас идет на лучшее, это никому не ведомо, кроме бога.

— Что это?

— Последние слова Сократа, — вздохнул Костя. — Ладно, забей. У меня в башке таких фенечек миллион. Ну что? Пошли курить?

— Нет, спасибо.

Она секунду поколебалась и добавила:

— Ты щеки отморозил. Надо помазать чем-нибудь.

— Пойдем к тебе. Помажешь.

— Но…

— Селедка, не трясись. Насиловать не буду. Мне просто хочется, чтоб кто-то рядом был.

И ощущение, будто магнитные волны от него исходят, притягивают.

«Поймают нас в моем номере. Что дядя Федя скажет?» — в отчаянии подумала она.

Но Костя уже властно взял ее вялую ладошку своей сильной рукой. Велел:

— Веди.

В комнате — сразу расположился как хозяин. Достал из мини-бара бутылочку коньяку, орехи. Открыл, хлебнул, передал ей:

— Аперитив.

— А в пятнадцать лет разве алкоголь можно?

— Ой! — хихикнул он. — Сельдь, так это ведь ты нарушила закон! Меня к себе в номер привела. Тебя теперь могут за совращение малолетних привлечь! Лет пять дадут.

Она отчаянно покраснела. А Костя цыкнул:

— Быстро пей, пока я в полицию не заявил!

И снова она послушно исполнила его волю, глотнула обжигающего пойла.

— Умничка. Прямо хоть женись на тебе.

Арина опустила голову. Промолчала.

— Девки на моем курсе в таких случаях говорят: «Сначала пиписку отрасти!» — хихикнул Костя.