Еще долго слушал: про гения по фамилии Балаев, про то, что тот спас ее от самоубийства, и как Арине хочется снова оказаться рядом с мамой.

А когда слезы у его подопечной наконец высохли, деловито произнес:

— Арина, а зачем тебе это?

— Что?

— Ну, быть с мамой?

— Мне плохо без нее!

— Мне тоже плохо. Но она умерла. Отпусти ее. Пусть уходит.

— Нет! — отчаянный, детский выкрик.

— Душа мертвого неспокойна, когда ее с Земли тревожат.

— Но я не могу одна!

— Эх, — вырвалось у него. — Зря мама держала тебя на цепи. Птенцы должны вылетать из гнезда. А ты так и осталась воробушком.

— Не говорите так!

— Хорошо, не буду. Но давай, раз ее уже с нами нет — попробуем с тобой новую жизнь построить. Без мамы.

— Как? — она взглянула дико. Опасливо забилась в угол дивана.

Да. Дикого зверька легко не приручишь.

Федор улыбнулся:

— Мне приятель из турфирмы навязал путевку на две недели. Горела и совсем сгорела. Выезжать надо было вчера. Но сегодня тоже примут.

— Не поеду я никуда!

Пришлось наврать:

— Ко мне, между прочим, тоже приходит твоя мама. Во сне. Безо всякой йога-нидры. И насчет дома отдыха — это она попросила.

Арина взглянула просветленно:

— Правда?

— Честно. Так и сказала: «Арине надо развеяться. Помоги ей, пожалуйста». Номер люкс. Подмосковье. Сосновый лес. Миллион развлечений: лыжи, коньки, косметологи. Питание, спа, бассейн — все включено. И даже фитнес-инструктор положен.

— Что я там делать буду? — возмущенно спросила Арина.

Вот он, продукт старорежимного воспитания. Девочки должны пить чай и смотреть телевизор с мамой, но никак не разъезжать по пансионатам.

— Ариша, — мягко произнес Федор Константинович. — Тебе тридцать два года. Любая ровесница тебе скажет: в этом возрасте обязательно надо ходить к косметологу. И мышцы нужно подкачать. Пусть ты худая, но когда кожа висит — некрасиво.

— Мне все равно, — отмахнулась она. — Для кого стараться-то?

— А ты журналы глянцевые тоже не читаешь? — с нарочитым ужасом спросил он.

— Не-а. Только «Антенну».

— Вот и зря. В модных журналах из номера в номер пишут: красивой надо быть — исключительно для себя.

— Мне это все равно не грозит, — вздохнула Арина. — Хоть обходись по косметологам — уродиной была, уродиной останусь.

— А просто для удовольствия? Знаешь, какое чудо — тайский массаж? Или шоколадное обертывание? Куда приятнее твоей йоги-нидры.

— А вы на это все ходили, можно подумать.

— На массаж я все время хожу. А про обертывания мне дочка рассказывала. Что каждый раз улетает в нирвану.

И продолжил напирать:

— Ну вот, что, скажи, тебя держит? С работы ушла. Инструктор твой любимый уехал. Путевка все равно пропадет.

Может, предложить ей вместе поехать? Нет. Перепугается окончательно.

— Буду там белой вороной, — проворчала она.