А теперь все свободны. Ардар, почту!

Мда… все вставали и выходили из кабинета со смешанными чувствами. Такого быстрого развития событий никто не ожидал. Во-первых, все ожидали, что за ночь император успокоится и передумает. По сути, ничего страшного-то не произошло. Ну решила принцесса поразвлечься, ну выслали Ярдо из дворца… Но чтобы так! Да еще и помолвку в течение месяца, когда на это тратят полгода минимум.

— О чем задумалась? — раздался над ухом вкрадчивый голос, и Лес ловко подхватили под руку.

— О быстроте принятия решений, — призналась девушка, вдыхая аромат мужчины.

— Ничего удивительного, — поморщился Кайлар, — ах да… ты же не в курсе. Ночью принцесса явилась к императору и приставила к своему горлу нож, требуя вернуть баронета и позволить им пожениться.

— О боги! Почему меня не вызвали?

— Тебе надо было отдохнуть. Да и тут дело скорее целителя, чем придворного мага. Я усыпил Иританию и велел пару дней подержать на успокоительных, пока не выйдет действие зелья.

— Я должна была ее осмотреть!

— Амилеста, я, конечно, понимаю, что ты придворный маг и вообще талантлива, — на нее с укором смотрели зеленовато-золотые глаза, — но я ведь все-таки тоже не мальчик. Я маг и твой учитель, между прочим. Я могу отличить случай, где не справлюсь, от того, что требует просто покоя.

— Извини, — вымученно признала герцогиня правоту маркиза, — просто…

— Понимаю.

— И все же почему такая срочность? Только из-за этого?

— Не совсем. Когда принцессу раздевали, за корсажем была найдена записка:

«Тебя никто не любит, ты никому не нужна. Ты только должна. Тебе не дано стать полноценной женщиной. Не познать любви. От тебя скоро избавятся, как и от твоего любимого, продадут, как племенную кобылу».

— Магия?

— Точно неизвестно. Записка чистая.

— Не факт, — покачала головой Лес. — Возможно, заклятие и было, просто перешло на нее саму. Если это заклинания доминации…

— Как вариант, — согласился Кайлар. — Но в таком случае его не найти. Сама знаешь, что они не обнаруживаются ни одним поисковым диагностом, поскольку отражают самые страшные твои страхи. Просто подтверждают твою собственную «правоту» и рассеиваются сразу после перехода на личность. Но я тебя понял. Вызову одного хорошего менталиста, пусть проверит.

— Именно поэтому милорд испугался?

— Амилеста, записка — это уже не случайность. Кто-то решил избавиться от принцессы. Ну или опозорить ее. Для девушки ее положения это не лучше, чем смерть. Поэтому императора понять можно. Он защищает дочь, как может.

— Но почему он ничего не сказал мне? Я ведь могла бы попытаться найти отправителя."

"— Не смогла бы. Записка самоуничтожилась, как только к ней прикоснулся император. Он даже не успел ее прочитать.