Отдыхай пока, на сегодня ещё много планов.

Запись я планирую дать послушать Зубову, и это замотивирует его бороться за своё место. Но перед этим у нас в планах — заставить одну преступную шайку забыть меня. Насыщенный вечерок.

— Что вы здесь делаете? — гневно спросил Козлов, заходя в ординаторскую. — Всё уже закончили?

— Закончил, — кивнул я. — Можете проверить.

— Больно надо, — поджал он губы. — Возиться с простолюдинами — это не дело заведующего отделением. Отдайте Никите, он отвечает за тот этаж.

— А я думал, что заведующий отделением отвечает целиком за всю терапию, — усмехнулся я. — Ошибся, видимо.

Козлов покраснел как помидор и набрал в грудь побольше воздуха, чтобы высказать мне всё, что он обо мне думает. Но сделать этого ему не дала резко открывшаяся дверь в ординаторскую. Такое чувство, что её с ноги открывали.

В помещение вошёл мужчина в дорогом классическом костюме.

— Кто здесь новый заведующий отделением? — рыкнул он.

Козлов из красного резко стал белым. Потрясающая реакция сосудов, однако. И зачем-то уставился на меня.

— Вот, Козлов Эдуард Васильевич, — я решил его представить.

Пациентам в ординаторскую нельзя, но это уж пусть сам заведующий распоряжается.

— Господин Прохоров, — от волнения голос Козлова стал тоньше, чем у Клочка. — Чем могу быть обязан?

— Я скажу, чем ты обязан, умник, — проревел тот. — Моя жена поступила сюда по скорой ещё ночью! Я оплатил ей палату, оплатил лечение. А сейчас выяснил, что вы до сих пор не поставили ей диагноз!

— Клиника очень специфична, и мне нужно больше времени, — залепетал Эдуард Валентинович. — Пока что мы даём ей поддерживающую терапию, и уверяю вас, она…

— Ты заявил моей жене, что у неё печень как у давно увлекающегося магическими коктейлями человека, — Прохоров перебил заведующего на полуслове. — Моя жена вообще ничего такого не пьёт, недоумок!

Ещё чуть-чуть — и с кулаками бросится на нового заведующего. Пока что я не встревал — распоряжения не было. И желания, естественно, тоже.

— Анализы говорят о повреждении печени, — ответил Эдуард Валентинович. — Но причину сказать не могу, и…

— Ты меня не расслышал⁈ — снова гневно перебил того Прохоров. — Мне нужно знать, что с моей женой!

— Диагноз будет выставлен завтра, — пискнул Козлов. — Когда придут все результаты обследований, я вам лично позвоню.

— Я сам приду, — отрезал тот. — И если ты не скажешь, что с ней — пеняй на себя.

Мужчина резко развернулся и вышел из ординаторской. Взмокший от напряжения Козлов торопливо принялся вытирать пот носовым платком."

"— Могу идти, Эдуард Валентинович? — невинно поинтересовался я.

— Идите, — махнул он рукой. — Без вас проблем хватает.

Этого я и ждал. Правда, на самом деле мне придётся задержаться, но Козлову об этом знать необязательно.