— Сам себя я диагностическим аспектом осмотреть не могу, но уверен, что это просто желудок снова зашалил.

— А я не уверен, — отрезал я. — Срочно надо сделать ЭКГ. Под абдоминальную форму может маскироваться инфаркт миокарда, у него же есть свечение в сердце, причём яркое!

— Оно есть у многих возрастных пациентов, — ответил Антон. — Слушай, родственников вообще нельзя лечить, ты слишком волнуешься, вот и лезет в голову всякое. Сейчас в хирургии его подлечат, и всё будет хорошо.

С этими разговорами мы только теряли драгоценное время. Я выбежал из кабинета и в следующую минуту прикатил туда передвижной аппарат для снятия ЭКГ.

— Если это желудок — то у меня есть время для нужных обследований, — принимаясь прикреплять электроды, заявил я.

— Ты подрываешь мой авторитет, — буркнул Антон. — Врач здесь я, и не тебе устанавливать свои порядки! Прекрати сейчас же!

Я уже даже не слушал его, быстро установил все электроды и включил аппарат.

Через пару минут на руках уже была плёнка, на которой явно был виден инфаркт задней стенки левого желудочка, с отрицательными зубцами Т.

— Антон, можешь посмотреть плёнку и убедиться, что это абдоминальная форма инфаркта, — заявил я.

— Пациента срочно в кардиореанимацию. Бегом!

— Инфаркт? — тревожно переспросил отец. — Ты уверен, сын? Сердце совсем не болит.

В его глазах мой авторитет так и не восстановился. Ничего, это мы тоже исправим.

— Это скрытая форма инфаркта. Когда он располагается на задней стенке, то боли отдают в живот, — торопливо объяснил я. — Не переживай, главное, вовремя поймали. У нас хорошая клиника, и кардиологи поправят ситуацию.

— Антон, так куда отправлять пациента? — спросила Лиза. — В хирургию?

Противная же медсестра! Нарочно хочет сделать ровно наоборот, хотя уже понятно, что прав я.

— Нет, в кардиореанимацию, — неохотно отозвался Антон. — Здесь действительно инфаркт, давай быстрее!

— Я навещу тебя чуть позже, — проговорил я отцу. — Пока лечись.

Его увезли, а Антон устало присел за свой стол, схватившись за виски.

— Я не считаю, что ты поступил правильно, — заявил он. — Прямо при пациенте указал на мою ошибку. Да у него бы сейчас ничего не нашли в хирургии и перевели бы его в ту же кардиологию.

— Упустив драгоценное время, — ответил я.

— Или ты не знаешь, что при инфаркте лучше не терять ни минуты? Пока бы его осмотрели, пока разобрались — могли возникнуть дополнительные осложнения.

— Тогда шепнул бы мне на ухо, — отозвался Антон. — Но не говорить же на весь кабинет!

— Слушай, дело касалось моего отца, поэтому я решил обойтись без шёпота на ухо, — спокойно ответил я. — Всё, мне нужно идти.

К тому же, уверен, что шепоток на ухо тоже бы не сработал. Помогли только прямые доказательства.

Я развернулся и вышел из кабинета.