Я, вообще-то, не большой любитель ходить по клубам. Наверное, слишком много неприятных сцен случалось на моих глазах за время работы вышибалой.

— И правильно! — пробасил Макс с другой стороны стола. — Я все пытаюсь внушить этим перезрелым подросткам: давно пора повзрослеть и начать тратить деньги на что-нибудь стоящее. Или вкладывать их в дело.

— О, заткнись ты, зануда. — Мэгги игриво стукнула мужа по плечу. — Ребята, не обращайте внимания на старого ворчуна. Он просто забыл, как получать от жизни удовольствие.

— О нет, я прекрасно знаю, как получать удовольствие!

— Ну да, сидя на диване с кроссвордом и слушая заунывный джаз!

Мы ели, болтали и хохотали, и время от времени рука Ли скользила под стол и замирала на моем бедре, тяжелая, теплая и неподвижная.

Когда Мэгги убрала со стола тарелки, я тоже опустила руку под стол и взяла его ладонь в свою. Ли вопросительно посмотрел на меня. Его глаза широко распахнулись, такие ясные, такие синие… Ребята смеялись над чем-то, никто не обращал на нас внимания.

Я прошептала ему на ухо:

— Ты сегодня был дома?

Он удивленно вскинул брови:

— Я же работал.

А что?

— Кто-то поменял местами ножи и вилки.

Он взглянул на меня так, будто хотел сказать: «Кому нужно заниматься такой ерундой?» — но в глазах промелькнула усмешка.

— Это что, шутка такая?"

"— Просто хотел, чтобы ты знала, что я за тобой присматриваю.

Почему-то я вдруг покрылась испариной. Мне стало неуютно.

— А почему ты не оставил записку? — спросила я.

— Ну, это было бы слишком явно. — Он улыбнулся и подмигнул.

Я допила вино, раздумывая над тем, что он сказал. За столом раздался новый взрыв смеха — Сильвия рассказывала очередной анекдот.

Ли гладил мне руку под столом, по спине моей пробегала дрожь.

— Ли, — сказала я тихо.

— Мм?

— Не делай так больше. Пожалуйста.

— Не делать чего?

— Не переставляй мои вещи. Пожалуйста. Хорошо?

Его лицо затуманилось, но он кивнул. Через мгновение он выпустил мою руку и больше до конца вечера не трогал ее.

Четверг, 13 декабря 2007 года

В этот раз народу в медицинском центре заметно прибавилось, стало более шумно и оживленно. Я забилась в угол, втянула голову в плечи.

Для чего я вообще сюда притащилась? Напротив меня какой-то мужчина кашлял, не прикрывая рта рукой; малыш в грязном комбинезончике швырял деревянные кубики в своего такого же замурзанного братика, а мамаша не обращала на детей никакого внимания, втолковывала что-то соседке про фибромы и новейшие методы их лечения.

Меня так и тянуло встать и уйти. Строго говоря, я ведь не больна — подумаешь, слегка нервы пошаливают! В мире полно людей в сто раз более больных, чем я.