— Теперь понятно, почему тебя так любит простой народ, Айдан, — задумчиво протянула, наблюдая за происходящим с крыльца. — Морган мне как-то сообщил, что как только стало известно, что ты осядешь в этих краях, народ стал стекаться сюда. Семьями едут, со всем скарбом в повозках.

— Ну, — он деловито поправил ворот шелковой белой рубашки. — Эти земли кажутся мне неоправданно необжитыми. У меня огромные планы на будущее и поэтому нужна рабочая сила. Я им защиту, дома и обеспечение, а они работают во благо нашего фьефа и рожают детвору.

— Твоя продуманность меня порой пугает, — проворчала, беря его под руку. — Помоги спуститься. Твои дети сегодня необычно активны.

— Ну так у них родители второй раз женятся, — хмыкнул Айдан и, высвободившись из моего захвата, подхватил на руки. — А я говорил, давай отнесу тебя прямо в храм. И так и не понял, чего ты упрямишься, котенок. Твоей гордости это никак не повредит. Платье, пока ты стояла на крыльце, все рассмотрели. Ты в нем прекрасна, впрочем, как и в любой другой тряпке.

Сжав меня сильнее, этот второй раз почти муж спустился с крыльца и отправился по дорожке, усыпанной полевыми цветами. Дети крестьян с утра постарались и сделали нам такой подарок.

Это было так мило. Особенно видеть, как они, уплетая сладости, сейчас хихикают, глядя, как Айдан старательно идет по этим букетикам, не сворачивая на более короткую дорожку к храму.

Обнимая своего дракона за шею, я все же слегка смущалась. В чем-то он был прав, на его руках я чувствовала себя странно хрупкой и ранимой. Хотя это полностью не соответствовало моему характеру.

— Рьяна, ты недовольно сопишь, — шепнул Айдан. — Любимая моя, привыкай. Я тебя вот так до самой старости носить буду. Ты позавтракала, как обещала?

— Да, — солгала, не моргнув.

— Значит, нет, — он недовольно скривился. — Сам виноват, нужно было сидеть над твоей душой и провожать в рот каждую ложку молочной каши.

— Не помогло бы, — хмыкнула я. — Я просто волнуюсь.

— Почему? Полагаешь, что там наверху боги нас не услышат и не благословят по законам Севера? Да и не беда. Не оскорблюсь подобным пренебрежением. Два листа бумаги и новый закон готов! Браслет на руку, тело в постель и держать там до родов.

— Каким ты бываешь невыносимым, — пробурчала, пытаясь сесть на его руках ровнее.

Впереди показался храм. Высокое каменное сооружение, уходящее в небо. Невольно я сильнее обняла Айдана. Он ускорил шаг, словно боялся, что я от переживаний вдруг передумаю. Или еще чего похуже удумаю — родить, к примеру, раньше срока.

Собравшийся люд загалдел, подбадривая спешащего жениха. Здесь уже горели костры. Женщины, завидев нас, завели песни, восхваляя красоту молодой и невинной невесты. И никого нисколько не смущал мой большой живот.